Хорваты и сербы в составе монархии Габсбургов в Новое время

Хорваты и сербы в составе монархии Габсбургов в Новое время


1. Социально-экономическое и политическое положение на хорватских землях в конце XVIII-начале XIX вв.

Хорватские земли к началу XIX века были разобщены и находились под разным административным управлением, но все же оказались после наполеоновских войн в составе одного государства – Австрийской империи. Это произошло после того, как в 1797 г. бывшие Венецианские владения в Далмации перешли под власть Вены, в 1805 г. после Аустерлица по Пожунскому миру отошли Франции. С 1809 по 1813 гг. Далмация и Истрия являлись составной частью Иллирийских провинций, а в 1815 г. окончательно были закреплены за монархией Габсбургов.

Объединенные границами Габсбурской империи, хорватские земли все же не составляли единой административной единицы, они подчинялись разным имперским центрам. Гражданская Хорватия и Славония входили в Венгерское королевство, хорватские земли Военной Границы, Далмации и Истрии напрямую подчинялись Вене. При этом Гражданская Хорватия была отрезана от Славонии двумя вклинившимися региментами (военными округами) Военной Границы (Крижевацкий и Джурджевацкий регименты Вараждинской крайны). Порт Риека и его округ считался венгерским владением. Таким образом, упоминаемое хорватским сабором политическое наименование Хорватии – Триединое Королевство Хорватия, Славония и Далмация – существовало лишь на бумаге, а на деле хорватские земли были дезинтегрированы. Воссоединение их в одну административную единицу, для начала хотя бы в рамках Австрийской империи, было главной политической задачей хорватских патриотов на протяжении всего XIX века. Противниками хорватского административного объединения выступали как венский центр, так и венгерская буржуазия, поскольку это мешало их унитаристским устремлениям.

Население хорватских земель не было национально гомогенным, значительным был процент сербского населения (от 1/2 на территориях Военной Границы до 1/5 в Далмации), кроме того в разных частях Хорватии жили итальянцы, венгры, немцы, евреи. По данным середины XIX в. в Гражданской Хорватии и Славонии проживало 850.000 чел., на Военной Границе – 673.000, в Далмации – 415.000, в Истрии – 234.000.

Не существовало и единого хорватского языка. Хорваты говорили на трех разных диалектах и использовали семь различных правописаний. Задача создания способствующего национальному единению общехорватского литературного языка была очень актуальной и начала выполняться хорватской интеллигенцией в 30-е гг. XIX в.

Хорваты были единственным из южнославянских народов, сохранившим национальное дворянство. Их число вместе с членами семей составляло около 20.000 человек, т.е. около 2% населения. В основном это среднее и мелкое дворянство. Представители высшей титулованной аристократии были по большей части немецкого или венгерского происхождения. Славонские помещики были тесно связаны с венгерским рынком, венгерским дворянством и буржуазией, именно они явились основой так называемого мадьяронства, т.е. сторонниками интеграции Хорватии и Венгрии.

Абсолютное большинство населения Хорватии составляло крестьянство, лично свободное согласно реформам Иосифа II, но практически не получившее земли. Три четверти змли принадлежало помещикам и 85% крестьян находились в феодальной зависимости от них. Они были привязаны к своему помещику урбариальными повинностями, то есть включенными в реестр обязательных и регламентированных Урбариями Марии-Терезии и Иосифа П. Обязанности кмета по отношению к помещику включали разные виды отработки и денежных выплат, которые они выплачивали наряду с государственным налогом. Это означало не менее 1–3-х дней барщины в неделю, запрет молоть зерно не на господской мельнице, жениться или брать в долг без согласия помещика, и другие формы феодальных отношений. Отмена урбариальных повинностей была одним из основных требований крестьян и важным условием для развития капиталистических отношений в Хорватии. Попытки реформ проводились в 30–40-е гг. XIX в., но сталкивались с сопротивлением дворянства заявлявшем, что ликвидация кметства приведет его к полному обнищанию, так как нет средств для оплаты наемных рабочих. Для обработки барской запашки кметы, правда, привлекались и на условиях денежной оплаты, но плата эта была мизерной. Таким образом крестьянский вопрос до революции 1848 г. не был решен, хотя некоторые шаги в высвобождении личной инициативы кметов были сделаны. Так, хорватский сабор в 1836 г. принял решение, что крестьяне могут покидать свои наделы без выплаты, лишь поставив в известность своего господина.

Гражданская Хорватия и Славония (также, впрочем, как Военная Граница и Далмация, речь о которых пойдет ниже) были чисто аграрными областями империи. Основная специализация хозяйства – производство зерновых. В 20–30-х гг. XIX в. произошел некоторый сдвиг в модернизации сельского хозяйства, оно стало более интенсивным, помещики и зажиточные крестьяне активно занялись зерновой торговлей. Так складывалась хорватская торговая буржуазия. И все же, Гражданская Хорватия и Славония оставались одними из самых отсталых областей Австрийской империи.

Хорватии и Славонии отводилась роль производящих сельскохозяйственных областей, перерабатывающие и торговые функции отводились Венгрии. Становление деревообрабатывающей и пищевой промышленности начнется лишь в конце 40-х – начале 50-х гг., но в очень скромных размерах. В рамках австро-вегнерского имперского рынка и разделения труда сельскохозяйственная специализация Хорватии и Славонии была вполне естественной и закономерной. При общем отставании темпов промышленной революции в Австрии, трудно было бы ожидать интенсивного подъема промышленности на ее периферии.

Экономическая задача Хорватии и Славонии заключалась в интенсификации сельскохозяйственного производства и развитии сети коммуникаций для торговли зерном. В этом вопросе сталкивались интересы хорватской и венгерской торговой буржуазии. Владея портом Риека, венгры старались захватить первенство в экспортной торговле зерном.

Города Хорватии были сравнительно невелики, их совокупное население в начале XIX века не превышало 30.000 чел., а главный город Загреб насчитывал около 8.000 чел. Города обладали широкими муниципальными правами, своим магистратом, направляли своих депутатов в сабор. Городские ремесленники были объединены в цеха, которые в этой части империи были ликвидированы только в 1859 г. Правда, с изданием в 1813 г. «Общего цехового порядка» государство пыталось контролировать цеховые правила, регламентировать услуги и цены, приспособить цех к новых экономическим реалиям. Хорватские города – Загреб, Вараждин, Карловац, Сисак, Пожега, Осиек, Вуковар были не только административными, торговыми, ремесленными центрами, они же были резиденциями хорватского дворянства, которое составляло вместе со священниками весьма значительный процент городского населения. Хорватское обедневшее дворянство в городах составило политически активный, мобильный слой патриотической интеллектуальной элиты, включившейся в дело возрождения и консолидации нации.

Хорватские священники-католики также активно участвовали в процессах хорватского национального единения. Католическая церковь, господствующая в Хорватии, была мощным консолидирующим фактором. Одним из деятелей церкви, усилия которого были направлены на возрождение хорватской культуры, языка, национального единства был епископ-янсенист Максимилиан Врховац (1752–1827 гг.), с 1788 по 1827 гг. возглавлявший Загребскую епископию Загребская епископия подчинялась архиепископии в Венгрии, и это также вызывало недовольство хорватских патриотов, требовавших самостоятельности церкви в Хорватии. Церковь играла огромную роль в жизни хорватского общества, католические священники оказывали большое влияние на этические и национальные взгляды своих прихожан. Православная паства в Хорватии и Славонии окормлялось священниками, назначаемыми патриархией в Сремских Карловцах. Центром для 20.000 униатов была Крижевацкая метрополия.

В административном плане подчиненные Венгерскому королевству Гражданская Хорватия и Славония к началу XIX в. утратили большую часть своих автономных прав. Многовековой процесс подчинения венгерской власти хорватских территорий завершился в 1790 г., когда опасаясь германизаторских унитаристских инициатив йозефенизма, хорватское дворянство передало большую часть полномочий Хорватского сабора Венгерскому Государственному собранию. С этого времени начался процессс последовательной политики мадьяризации в Хорватии и Славонии. Первым шагом было обязательное изучение венгерского языка в начальных школах Хорватии и Славонии, введение венгерского языка в качестве языка администрации вместо латыни на территориях короны Святого Стефана. Это отвечало национальной венгерской идее – созданию независимого венгерского унитарного государства. Идеологическим обоснованием мадьяризации венгерские деятели национального движения объявили концепцию единого венгерского народа («нацио хунгарика»), объединяющего все мадьярские и немадьярские элементы в рамках Венгерского королевства. С 1825 г. Венгерское Государственное собрание делает все возможное, чтобы заменить во всех учреждениях немецкий и латынь венгерским языком, а в 1827 г. оно упоминаетв официальных документах Хорватию как подчиненную венгерскую территорию. Одним из важных вопросом в венгеро-хорватских отношениях последующих лет становится проблема политического статуса, характеризующего отношения Вегерского королевства и Триединого королевства. Хорватский сабор, заявляя о своих мунициальных правах, настаивает на статусе союза, а не подчинения. Разворачивается борьба за исторические «права» Хорватии, за расширение полномочий Хорватского сабора. Сопротивление венгерскому давлению как в области экономики, так и в языковой и политической сферах стало еще одной важной задачей хорватского Национального Возрождения. Эта задача, правда, лишь наполовину была решена в 1868 г. после заключения Хорвато-Венгерского соглашения.

Итак, уже в первой трети XIX века определились три главные национально-государственные задачи Хорватии: 1) собирание хорватских земель в одну административную единицу; 2) оформление и распространение хорватского единого литературного языка как мощного фактора формирования национального самосознания и национального единения; 3) сопротивление экономической, политической и культурной мадьяризации.

Хорватская национальная идея развивалась в русле общеевропейского процесса национальной консолидации, связанного как с новыми явлениями в социальной и экономической области – промышленной революцией, активизацией политической деятельности буржуазии, так и с либеральными и демократическими идеями Великой французской революции. Хорватские земли были включены в начале XIX века в орбиту наполеоновских войн, что оказало влияние на оформление идеи национальной консолидации.

2. Иллирийские провинции и их роль в формировании национальной программы в Хорватии

хорватия национальный провинция земля

После очередного поражения Австрийской империи в войнах с наполеоновской Францией, согласно условиям Шенбруннского мира (14 октября 1809 г.) часть австрийских территорий – Истрия, Горица, Западная Каринтия, Крайна, часть Хорватии и Военной Границы, южнее р. Савы отошли Франции. Объединив эти территороии с захваченными ранее Далмацией и Дубровником, Наполеон сформировал т.н. Иллирийские провинции. Название было вполне традиционным для этой части Балканского полуострова еще со времен Римской империи. В задачи этой территории кроме поставок продовольствия и рекрутов для наполеоновской армии входил контроль континентальной блокады Англии. Провинции, кроме того, открывали путь на восток, способствовали развитию торговых и политических отношений Франции и Османской империи. Несмотря на потребительское отношение Франции к этим территориям, период французского владычества явился важным шагом по внедрению новых гражданских учреждений и новой идеологии в этой части Европы.

Провинции состояли из шести гражданских областей – Крайна, Каринтия, Истрия, Гражданская Хорватия, Далмация и Дубровник, и из части Военной Границы, сохранившей свое устройство. Управлялись эти территории французским генерал-губернатором (ими были сначала маршалы Мармон и Бернадо, затем генерал Жино). Центром стал г. Лайбах (Любляна). Территория провинций составляла 55.000 кв. км, на которых проживало около полутора миллионов представителей разных национальностей: словенцы, хорваты, сербы, итальянцы и немцы. Попытка решить вопрос гетерогенности была сделана с присвоением всем жителям провинций наименования «иллирцы» и стандартизации единого славянского литературного языка – т.н. «лингва иллирика». На этом искусственном языке даже были выпущены школьные учебники.

Внутреннее устройство провинций было преобразовано по французской модели. Здесь в 1811 г. был введен кодекс Наполеона, уравнявший все слои населения в правах, введена реформированная система судопроизводства и налогообложения, открыты светские школы и разрешен гражданский брак, декларированы гражданские права и свободы. Крестьяне Далмации наряду с личной свободой получили и земельные наделы. Все это было чрезвычайно важно для формирования гражданского самосознания. Активизировалась и экономическая жизнь, провинции призваны были служить победам императорских войск, значит и должны были активно развиваться. Для этой цели в Далмации была проложена сеть шоссейных дорог.

Важное значение для развития национального самосознания славянских народов провинций (хорватов, словенцев и сербов) было провозглашение славянского («иллирского») языка наряду с французским языком в администрации и делопроизводстве. Обучение в начальных школах также велось на этом языке. Было создано 25 новых гимназий и 5 лицеев, в Загребе и Любляне были заложены основы для развития высшей школы. Стали выходить газеты и книги на «иллирском» языке.

Несмотря на искусственность «иллирского» языка и недолгий период существования самих Иллирийских провинций, проведенные в них преобразования были очень важны для развития идеи национальной государственности у южных славян империи Габсбургов.

Согласно решениям Венского конгресса Иллирийские провинции были возвращены в границы империи Габсбургов. Но сразу же отменить все проведенные там реформы и преобразования не решились, опасаясь бунтов. Императорским патентом от 3 августа 1816 г. была сохранена даже административная их целостность – создана административная единица «Королевство Иллирия», куда вошли территории бывших Иллирийских провинций, но без Далмации. В какой-то степени это было сделано и в противовес венгерскому национальному движению. На хорватских землях это название просуществовало до 1822 г., а на словенских – до 1848 г.

На 20–30-е гг. XIX в., когда в Австрийской империи господствовап «меттерниховский режим», т.е. политика жесткой централизации и наступления на все свободомыслящие силы, пришелся расцвет хорватской национальной культуры и идеологии, активизировались процессы формирования национального самосознания. С чем связан такой парадокс? Австрийское правительство в Вене было озабочено ростом венгерского национального движения, угрожавшего целостности империи, ведущего к ее расколу, и поэтому поддерживало антивенгерскую направленность хорватской национальной пропаганды.

Хорватское национальное Возрождение, включающее в себя литературные, культурные, просветительские и политические задачи, возглавили представители хорватского дворянства и интеллигенции, объединившиеся в начале 30-х гг. XIX в. в движении иллиризма. С национально-политической программой иллиризма выступил в своем сочинении «Диссертация», напечатанном в 1832 г. на хорватском языке, граф Янко Драшкович (1770–1856 гг.). Излагая теорию общности южных славян, он выдвинул проект создания Великой Иллирии, то есть объединения, способного противостоять венгерской культурно-экономической экспансии. Оно включало в себя хорватские и словенские земли, впоследствии к ним возможно было присоединение и Боснии. В основе «Диссертации» лежала прежде всего хорватская национально-объединительная идея.

Основоположником литературы иллиризма стал Людевит Гай (1809–1872 гг.), осуществивший задачу создания общехорватского литературного языка. В 1830 г. он написал и опубликовал грамматику литературного хорватского языка «Краткая основа хорвато-славянского правописания», начал издавать газету и журнал на хорватском языке, широко пропагандировал идеи литературного и культурного единения южных славян. Сама же идеология иллиризма включала в себя следующие составные компненты: 1) идею воссоздания хорватского национального государства, 2) идею возможного объединения южнославянских народов в одно культурное и политическое целое, 3) идею необходимости развития хорватской культуры и языка, широкого внедрения его во все сферы жизни, противостояния мадьяризации. Иллиризм возник и развился в русле общей для славянских народов Австрийской империи идеи славянской взаимности. Иллиризм, явившись начальным этапом организованного хорватского национального движения, стал в свою очередь источником как для югославистских течений (т.е. идеи объединенного южнославянского государства), так и для чисто хорватских национальных политических программ.

Иллиризм был настолько многогранным течением «славянизации» жизни в Хорватии, что охватил все сферы жизни. Были созданы иллирийские клубы и читальни, иллирийская музыка и архитектура, символика, даже специальные костюмы, в которых должны были ходить истинные патриоты Хорватии и славянства. Вся эта атрибутика была направлена на широкую пропаганду хорватской национальной идеи и одновременно противостояла наступлению венгерского языка и культуры. В 1823 г. венгерские власти ввели обязательное обучение венгерскому языку во всех школах территории короны Святого Стефана. Знание венгерского языка открывало дорогу к карьере. Если учесть, что языком в армии был немецкий, становится ясным сколько незначительным оставался ареал применения и использования хорватского языка. Поэтому борьба за равенство национального языка и культуры была выражением борьбы за политическое равноправие Хорватии и Венгрии.

С начала 40-х гг. XIX в. иллирийское движение приобретает ярко выраженный политический характер. Сторонники иллиризма в 1841 г. объявили себя партией (в 1843 г. – она называлась Народной партией). Это было сделано в ответ на объединение части провенгерски настроенного хорватского дворянства в Хорвато-венгерскую партию (унионистов). Члены этой партии, прозванные их противниками – мадьяронами, – выступали за более тесный союз и интеграцию с Венгрией. Борьба венгерского и хорватского национальных движений была очень жесткой, и в 1843 г. венгерским политическим кругам удалось добиться от Вены решения о запрещении организации иллиров и вообще употребления этого названия. Тем не менее пропаганда иллиров оказала свое воздействие, и в 1847 г. Хорватский сабор провозгласил введение хорватского языка в качестве официального на территории Гражданской Хорватии и Славонии.

В историографии не утихают споры по поводу сущности иллиризма – что это – хорватский национализм или предтеча югославизма? Безусловно, доминирующей в иллиризме была хорватская национальная идея, но включение в орбиту южнославянского единения Великой Иллирии словенцев и сербов придавало этой идеологии югославянскую окраску. Ибо речь шла не о прямом подчинении Загребу, а скорее о союзе южных славян.

Иллирийское движение стало школой для большинства деятелей хорватского национального движения XIX века. Их размежевание связано с событиями революции 1848–1849 гг., внесшей коррективы в национально-политические программы народов Австрийской империи.

3. Специфика экономического и национального развития Далмации

На протяжении всего XIX века и вплоть до 1918 г. были оторваны от Хорватии приморские районы Истрии и Далмации. Таким образом, Хорватия и Славония не имели морского порта, так как Риека подчинялась Венгрии, лишь с присоединением к Хорватии в 1881 г. Военной Границы, Хорватия получила порт Сень на территории т.н. Карловацкой крайны. Далмация и Истрия напрямую подчинялись Вене и после заключения в 1867 г. австро-венгерского Соглашения остались в Австрийской части империи – Цислейтании. Возвращение Далмации было одним из главных требований хорватских национально-политических программ.

После завершения наполеоновских войн Далмация входит окончательно в империю Габсбургов и с 1815 г. становится административной единицей – Королевство Далмация, управляющейся генерал-губернатором, назначавшимся из Вены. Узкая прибрежная полоса от г. Задара до Которского залива (Боки Которской) способствовала укреплению Австрийской империи в статусе средиземноморского государства, открывала перспективы транзитной торговли, отвечала планам дальнейшего укрепления на Балканах.

Провинция Далмация состояла из трех исторически разнородных территорий, прерывающихся двумя небольшими по размерам выходами Турции к Адриатике. В Далмацию как австрийскую провинцию были включены: бывшая Венецианская Далмация (от г. Задара до устья р. Неретвы), затем небольшой выход Турции к морю – порт Клек, территория бывшей Дубровницкой республики, южнее вновь небольшой выход Турции к морю – г. Суторино, и, наконец, территория Которского залива ранее носившая название Венецианской Албании. Историческая разобщенность этих территорий сопровождалась и пестротой этнической и конфессиональной картины края. По данным 1834 г. население Далмации составляло 361.000 чел. Из них около 82% составляли католики, а около 18% – православные. Более точно этнически определить состав населения сложно, но среди католиков – абсолютное большинство – хорваты, а приблизительно 10% считали своим родным языком итальянский, среди православных преобладали сербы.

Далмация была самой отсталой частью в экономическом отношении Австрийской империи, ее население преимущественно было сельским (свыше 90%). Традиционная аграрная специализация края – разведение мелкого рогатого скота, виноградарство и рыболовство. Наполеон отменил здесь личную зависимость ккрестьян, но существенных изменений в землепользовании и характере сельскохозяйственного производства не произошло. Крестьяне землей не владели и находились в экономической зависимости от помещиков.

В городах, бывших центрах торговли Венецианской республики – Задаре, Сплите, Шибенике многочисленным было итальянское население, а итальянский патрициат составлял основу привилегированного класса Далмации. Исключение представляет бывший город-республика Дубровник, где значительным был процент славянского населения. Внутреннюю Далмацию и многочисленные прилегающие острова в основном населяли хорваты, а в районах Задара, Которской бухты жили сербы, переселявшиеся в Далмацию в период турецкой экспансии, и представители черногорских племен. Население самых крупных городов Задара, Шибеника и Сплита не превышало 10 тыс. человек, занимавшихся в основном ремеслом и торговлей. Промышленности не было. Далмация постепенно утрачивала характер важного торгового средиземноморск. Экономика Далмации ранее строилась в основном на торговле, теперь она угасала, порты не модернизировались, не развивался и торговый флот. ого центра, какой она была в период венецианского господства. Лишь в начале ХХ века, когда она стала одним из популярных курлортов Австро-Венгрии, Далмация испытывает значительный хозяйственный подъем.

Период с 1805 по 1814 гг., когда Далмация находилась под властью Франции оказался важным для развития Далмации. Во-первых, появились дороги, связавшие ранее разрозненные части края, во-вторых, становлению национальной культуры и национального самосознания способствовали преобразования, проведенные в Иллирийских провинциях. В Далмации стали выходить периодические издания на смешанном хорвато-сербском языке, в том числе и на кириллице. После включения Далмации в состав Габсбургской монархии она становится ареной хорватской национальной пропаганды.

Далмация стала пограничной зоной Австрии и Черногории, что определило не только зависимость Черногории от австрийского рынка, но и соперничество в территориальном вопросе.

В Австрийской внешней политике Далмация играла роль наблюдательного и стратегического пункта по вопросам Балканской Турции. Генерал-губернаторы Далмации принимали самое активное участие в урегулировании внутритурецких проблем, связанных с восстаниями в Боснии и Герцеговине, а также в разграничении с Черногорией. Австрийское правительство категорически отказывалось от удовлетворения хорватских требований о воссоединении Далмации с Хорватией и Славонией.

Не менее твердой была позиция Вены и по вопросу о принадлежности полуострова Истрия, где наолселение было смешанным, но преимущественно славянским (хорваты и словенцы). Из 234.000 чел. населения Истрии 80% составляли крестьяне. В городах Пула, Копер, Пореч господствовал итальянский язык.

Истрия с Кварнерскими островами и Далмация представляли собой хорватские земли, оторванные от Хорватии и Славонии не только административно, но и культурно. Здесь царили немецкий и итальянский языки и культура.

Военная Граница Австрийской империи простиралась от Адриатического моря до румынских княжеств. Она включала в себя 13 региментов, из которых 11 входили в т.н. Хорватскую Военную Границу (или Хорватскую Крайну). Военная Граница прикрывала всю южную границу Австрийской империи, выполняя как оборонительные, так и санитарно-контрольные функции.

В XIX веке Военная Граница продолжала до 1871 г. сохранять свой особый политический статус, подчиняясь напрямую Вене, а ее жители – граничары сохраняли свои привилегии. Это были лично свободные крестьяне, получавшие землю на условиях несения военной службы. Помимо этого крестьяне платили налоги, и выполняли ряд общинных и государственных работ – по постройке дорог, школ, церквей и т.д. Граничары составляли значительную часть австрийской армии. Во время наполеоновских войн в граничарских частях служило около 100 тыс. человек. При этом это была очень выгодная форма пополнения армии, расходы на содержание граничарских полков были значительно ниже, чем на другие австрийские части. Граничары использовались, как для охраны рубежей страны, так и для подавления национальных движений внутри империи.

Население Военной Границы, насчитывавшее к середине XIX века 673 тыс. человек, было смешанным, около трети его составляли сербы, число которых в отдельных региментах превышало половину населения. Православное население Военной Границы имело при своих церквах и начальные школы. Конфликтов и противостояния между сербами и хорватами среди граничар в первой половине XIX века не было. Вместе с тем, несмотря на усилия Вены, какого-либо особого «граничарского» самосознания не сформировалось. Здесь широко велась как хорватская, так и позже, в 40–50-е гг., сербская национальная пропаганда. Большую роль играла в этом церковь.

Ключевыми вопросами в первой половине XIX века для Военной Границы были в социально-экономическом плане – вопрос о судьбе больших крестьянских патриархальных семей – задруг, являвшихся основой граничарской жизни и одновременно тормозивших экономическое развитие края. Важным политическим вопросом была задача демилитаризации и реорганизации Военной Границы. В связи с ослаблением угрозы турецкой экспансии и прекращением австро-турецких войн (последняя прошла в 1791–93 гг.) в Вене зрело решение о ликвидации Военной Границы как особой административной единицы.

На протяжении всей первой половины XIX века Хорватские политические круги активно выступали с требованием присоединения территории Хорватской Военной Границы к Гражданской Хорватии и Славонии. Это было одно из важнейших условий восстановления целостности Хорватии как административной единицы Австрийской империи. Вплоть до событий революции 1848/49 гг. Венское правительство противилось этому плану. И лишь угроза распада империи в связи с венгерским сепаратизмом заставила австрийский центр пойти навстречу хорватским требованиям. Но окончательное присоединение Хорватской Военной Границы (Крайны) к Хорватии и Славонии и передача ее под юрисдикцию хорватского бана и сабора произошли в 1881 г.

Все хорватские земли были вовлечены в революционные события 1848–49 гг. С особой силой это проявилось на территории Хорватии и Славонии, в меньшей степени в Далмации, Истрии, Военная Граница в это время полностью находилась под влиянием Хорватского сабора и управлялась хорватским баном.

Революционные события в Австрийском империи сопровождались наряду с социально-экономическими требованиями мощным подъемом национального движения, в первую очередь итальянского и венгерского. Не могла обойти эта волна и славянские территории империи. В Габсбурсской империи из 34 млн. населения к середине 40-х гг. XIX в. – 16 млн. составляли славяне, 7 млн. немцы-австрийцы, и 11 млн. – венгры, итальянцы, румыны и другие народы. В свою очередь Венгерское королевство также не было гомогенным. Венгры насчитывали 5.413.000 из 14.553.700. совокупного населения Венгрии, т.е. 37%, а остальные народы Венгерского королевства составляли: румыны – 2.477.000 чел., словаки 1.843.000, хорваты – 1.263.000, немцы – 1.247.000, сербы – 1.054.000, словенцы, евреи, цыгане насчитывали еще несколько тысяч. В связи с этим важнейшим условием для победы венгерской революции было решение национального вопроса и признание национальных прав невенгерских народов. Однако лидеры венгерской революции настаивали на принципе «единого венгерского народа», выступали против национальных требований других народов. Это во многом определило поражение венгерской революции. Она началась в Пеште 15 марта 1848 г., а закончилась капитуляцией венгерских войск 13 августа 1849 г., разгромленных австрийской армией вместе с пришедшими им на подмогу русскими войсками. Активное участие в подавлении венгерской революции принимали и хорватские части, возглавляемые баном Елачичем. В хорватской историографии события периода осени 1848 г. – лета 1848 г. получили название хорвато-венгерской войны.

Таким образом, революция на хорватских землях носила характер двойственный. С одной стороны, были выдвинуты и провозглашены лозунги ликвидации феодальных отношений, всех форм урбариальной зависимости крестьян, декларированы гражданские права и свободы, и вместе с тем хорватская политическая элита встала на сторону Габсбургов в деле сохранения целостности империи и подавлении венгерской революции. Фактически столкнулись два национальных движения, цели и задачи которых не совпадали – венгерское с задачей укрепления централизма и хорватское с планом хорватской автономии.

Первым актом революционного венгерского дворянства и буржуазии был указ о ликвидации феодальной зависимости крестьян. Революционные власти выступали с лозунгом самостоятельности венгерского государства, охватывающего территорию «от Карпат до Адриатики». Вопрос национальных автономий для входящих в Венгрию народов – словаков, хорватов, сербов, румын и др. не рассматривался. Венгерское национальное собрание выдвинуло требование равного представительства депутатов от всех жупаний (округов). Таким образом, лишались своего особого статуса хорватские представители. Ранее хорватская депутация в Венгерское национальное собрание избиралась Хорватским сабором, а славонские жупаны посылали своих представителей напрямую. Предварительные переговоры хорватскхих политических деятелей с лидерами венгерской революции показали, что уступок в деле предоставления автономии Хорватии не будет.

23 марта 1848 г. хорватское дворянство выдвинуло на пост бана Хорватии (ранее назначаемого императором) граничарского полковника барона Иосипа Елачича (1801–1859 гг.). Собравшееся 25 марта в Загребе Великое народное собрание утвердило кандидатуру Елачича и приняло программный документ «Требования народа». Предполаголись следующие реформы: 1) объединение хорватских земель Триединого королевства, 2) политическая самостоятельность Хорватии в отношениях с Венгрией, 3) создание хорватской национальной армии, 4) введение хорватского языка в образование и администрацию, 5) ликвидация урбариальных повинностей и сословных привилегии в Хорватии, 6) выборный характер хорватского сабора, 7) политические свободы. Были включены требования и о преобразованиях на Военной Границе, в том числе освобождение от государственных и общинных работ и передача доходов Границы в ведение хорватских властей. При этом декларировались верность императору, династии Габсбургов и желание сохранить целостность империи. Отношения с Венгрией были разорваны.

Венское правительство, укрывшееся от революционных масс в Инсбруке, решило использовать хорватское политическое движение для подавления венгерской революции. Поддержав «Требования народа», император утвердил Й. Елачича не только в должности бана всей Хорватии (включая Далмацию и Военную Границу), но и главнокомандующим всеми граничарскими силами.

В апреле 1848 г. бан Елачич опубликовал декрет об освобождении крестьян от всех форм зависимости, включая церковную десятину. Это решение было подкреплено, расширено и утверждено на заседании Хорватского сабора, собравшегося в июне 1848 г. в Загребе. Работа этого первого выборного сабора (ранее однопалатный хорватский сабор был сословно-представительным органом, где ведущую роль играла аристократия, высшее духовенство, представители городского патрициата) продолжалась несколько недель. Либеральному большинству сабора, где не последнюю роль играли деятели иллирийского движения, удалось сломить сопротивление части провенгерски настроенного дворянства и принять решение об административной самостоятельности Триединого королевства в австрийской империи и о создании собственного хорватского правительства – Банского веча. Был утвержден декрет о ликвидации всех феодальных поваинностей крестьян, им разрешалось вести собственную предпринимательскую деятельность. Введено всеобщее налоговое обложение. Шло обсуждение возможного федеративного переустройства Австрийской империи в духе австрфедерализма. Об этом говорили хорватские представители, и на Славянском съезде в Праге весной 1848 г. При хорватском правительстве были созданы отделы: внешних дел, внутренних дел, финансовый, торговый и военный – т.е. фактически самостоятельные министерства. Триединое королевство Хорватия, Славония и Далмация заявляло о союзе с остальными югославянскими провинциями империи, прежде всего с Сербской Воеводиной и словенскими землями.

Не вся хорватская политическая элита была единодушна. Провенгерски настроенное дворянство Славонии поддерживало Венгрию. Это заставило бана Елачича двинуть войска в Славонию и Срем. 29 июля 1848 г. состоялись безуспешные переговоры Елачича и лидера венгерского правительства Баттяни по вопросу о признании хорватской автономии, что окончательно определило курс Елачича на поддержку Вены.

В сентябре 1848 г. хорватские войска под командованием И. Елачича перешли Драву и двинулись на Пешт, выполняя распоряжение императора, решившего расправиться с революционной Венгрией. В конце сентября начались ожесточенные бои хорватских и венгерских войск. В связи с начавшимся в октябре 1848 г. восстанием в Вене, Елачич направился на его усмирение во главе своих войск и действовал при взятии Вены вместе с фельдмаршалом Виндишгрецем. После подавления в конце октября 1848 г. Венского восстания, Елачич вновь двинулся в Венгрию, где вскоре взял Пешт.

Наступление конрреволюционных сил в империи продолжалось

Подобные работы:

Актуально: