Полномочия Конституционного Суда Российской Федерации как специализированного органа конституционного контроля

Конституционный Суд РСФСР, созданный впервые в нашей стране в октябре 1991 г. и вынесший свое первое решение в январе 1992 г., в свое время задумывался как институт, способный саморазвиваться. Поскольку Конституционный Суд начал свою деятельность еще в условиях существования СССР, его роль и место в структуре власти и в системе правовых органов менялась. Первоначально он выполнял лишь роль вспомогательного органа при Верховном Совете СССР. Позже он получил право исследовать факты и в определенной мере участвовать в процессе “правотворчества”.

Конституционный контроль относится к числу эффективных средств обеспечения верховенства конституционных предписаний, которое является главным атрибутом любого демократического государства. Основное назначение конституционного контроля состоит прежде всего в выявлении правовых актов и действий государственных органов или должностных лиц, противоречащих конституционным предписаниям, а также в принятии мер по устранению выявленных отклонений. Практически конституционный контроль возник там и тогда, где и когда начали появляться законы, именуемые конституциями. Как и другие законы, конституции нуждались в гарантиях их реального исполнения всеми в условиях конкретных государств.(1) Конституционный контроль Конституционный Суд осуществляет согласно своих полномочий.

Сегодня, в соответствии с новой Конституцией и Федеральным Конституционным Законом «О Конституционном Суде РФ», Суд является судебным органом конституционного контроля, самостоятельно и независимо осуществляющим судебную власть посредством конституционного судопроизводства.(2)

Конституционный Суд Российской Федерации решает вопросы исключительно конституционного права. Однако среди отечественных правоведов вызывает много споров вопрос о целесообразности наделения Конституционного Суда Российской федерации правом толкования не только Конституции, но и законов, а также других нормативных актов, в том числе по собственной инициативе. Одни (например, Варламова Н., Нерсесянц В.) считают, что Конституционный суд, прежде всего, является «хранителем Конституции» и должен придерживаться только ее текста, другие ( Поленина С., Лазарев В.) убеждены, что Конституционный Суд должен иметь полномочия активного правотворца, выражающиеся в использовании при необходимости защиты прав и свобод граждан как законодательных нормативных актов различного вида, так и прогрессивных норм международного права.

Федеральный закон о Конституционном Суде по этому поводу высказывается весьма однозначно. Тем не менее, как показывает практика, Конституционный Суд РФ в своей работе опирается не только на Конституцию, но и на обычные законы, а также на международные пакты о правах человека, исходя при этом, однако, из посылок самой Конституции. Верх в данном вопросе на сегодняшний день одерживают сторонники той позиции, которые утверждают, что, действуя на основе разделения властей, Конституционный Суд не должен подменять собой другие государственные органы, превращаясь в “суперинстанцию”, но своими решениями он должен как бы очерчивать границы “конституционного поля”(3).

Настоящая курсовая работа представляет собой анализ действующего законодательства Российской Федерации, определяющего роль, место, полномочия Конституционного Суда Российской Федерации. В задачи работы входит:

1. Изучение истории формирования конституционного судопроизводства в России;

2. Определение полномочий Конституционного Суда Российской Федерации как специализированного органа конституционного контроля.

В современной России проблемы конституционного контроля оказались в сфере повышенного научного внимания. В течение нескольких последних лет по этой теме переведены книги, отражающие зарубежный опыт, проведены сравнительно-правовые исследования, вышли работы с анализом отечественного опыта конституционного контроля и надзора. Такая активность вполне объяснима: этот институт является важнейшим элементом построения правового государства, и в современной России он стал наиболее зримым его воплощением.

Предметом этой курсовой работы являются: общественные отношения, которые складываются в сфере конституционного судопроизводства, объектом является правовое закрепление властных полномочий Конституционного Суда Российской Федерации.

Функционирование Конституционного суда Российской Федерации вызывает большой интерес в научной литературе. Но несмотря на это ряд вопросов в настоящие время остается не достаточно изучен. В работе были использованы научные работы: Стрекозова В.Г., Баглая М.В., Витрука Н.В., Страшуна Б.А. и др. Основными источниками сведений, необходимых для выполнения данной курсовой работы, являются законодательные акты Российской Федерации - Конституция России 1993 г., Федеральный Конституционный закон о Конституционном Суде Российской Федерации от 21 июля 1994 г., некоторые постановления Конституционного Суда РФ, а также статьи и работы известных ученых – юристов.


1. Конституционный Суд РФ в системе органов государственной власти

Система органов государственной власти современной России отличается многоуровневой структурой, имеет свои субъектно-функциональные, организационные и пространственно-территориальные координаты, связанные с функционированием государственных институтов как реального и материального воплощения категорий «публичная государственная власть», «государственное принуждение», «государственное регулирование».

Система государственной власти не сводится к механизму (аппарату) государства и не должна его олицетворять. Эта оговорка не случайна, если учитывать склонность западной социологии и политологии отождествлять государство с «хорошо отлаженной машиной власти вместе с находящимися у нее в услужении гражданскими чиновниками и вооруженными силами»(4). Термины «механизм государства», «государственный механизм» широко употребляются и в российской юридической науке, однако, несмотря на наличие многочисленных работ, посвященных этой проблеме, в правоведении пока не сложилось единого мнения о том, что представляет собой механизм государства.

Одни исследователи этой проблемы считают, что понятия «механизм государства» и «государственный аппарат» тождественны между собой и по сути означают одно и то же. Другие полагают, что понятие «механизм государства» более широкое по сравнению с понятием «государственный механизм», который признается составной частью механизма государства. Государственный же аппарат, по общему мнению, - это система органов государственной власти, или органов государства. Первая точка зрения имела широкое распространение в юридической науке советского периода. Встречается она и в настоящее время.

Сторонники иной точки зрения, придерживающиеся широкого понимания механизма государства, включают в него помимо государственного аппарата и другие составные части, причем состав последних достаточно разнообразен. Как правило, к ним относят вооруженные силы, суды, полицию или милицию, органы безопасности, исправительные учреждения, иными словами, вооруженные формирования, силовые структуры.

Особый интерес при изучении системы органов государственной власти вызывает деятельность Конституционного Суда РФ. Создание и успешное функционирование суда, пределы его конституционной юрисдикции, принципы и процедурно-процессуальные правила конституционного судопроизводства и, наконец, конституционно-законодательная регламентация статуса судей, - все это значительно увеличивает объем представлений и содержание конституционного права, расширяя и обогащая его содержание. Сказанное свидетельствует о том, что в Российской Федерации уже оформилась ветвь конституционной юстиции.

Повышенное внимание со стороны ученых-правоведов юристов-практиков к проблемам процедуры реализации конституционно-правовых норм и связанной с ней деятельностью государственных органов, к проблемным вопросам процессуального права в целом также обусловлено новыми тенденциями в изучении российского конституционного права, что придает ему практическую направленность.

Конституционное судопроизводство является принципиально новым для России правовым институтом, предназначение которого состоит в обеспечении верховенства и прямого действия Конституции РФ, в упорядочении властных полномочий органов государства и защите прав и свобод личности. Конституционное правосудие, развивая механизм конституционного контроля, выступает как самостоятельный и специальный вид контрольной деятельности государства, как главный элемент правовой защиты Конституции РФ. Такая роль конституционного правосудия обусловила возникновение новой подотрасли в системе конституционного права, которое стремительно формируется в новую самостоятельную отрасль конституционного процессуального права. Этому способствует также становление конституционных (уставных) судов в субъектах РФ.

Главной и отличительной особенностью конституционного правосудия является его функция подчинения политики праву. Это единственный вид правосудия, оценивающий политические решения, явления и акции с позиции конституционного права, соответствия их Конституции РФ и определяющий правовые границы. Не случайно в Основном законе сформулированы правовые формы взаимодействия всех носителей власти с Конституционным Судом РФ. Этим обеспечивается верховенство Конституции, ограничение государственной власти законом, не допускается дисбаланс и узурпация власти отдельными политическими силами.

Конституционное судопроизводство в широком смысле понимается как урегулированная нормами конституционного законодательства совокупность процессуальных действий и конституционных процессуальных отношений, складывающихся между Конституционным Судом РФ и другими субъектами права при рассмотрении и разрешении подведомственных ему дел. В узком понимании – это порядок деятельности Конституционного Суда РФ, основанный на реализации положений Конституции РФ.

Специализированные институты судебного конституционного контроля, функционирующие более чем в ста странах мира, стали правовой базой для поиска оптимальной модели конституционного правосудия в России. В результате за основу была взята европейская модель, отличительными чертами которой являются:

1. создание специализированного органа конституционной юстиции;

2. общеобязательность решений Суда для всех субъектов права;

3. самостоятельная процессуальная форма отправления правосудия;

4. особый высококвалифицированный состав судей.

Создание специализированного правового механизма защиты Конституции РФ проходило поэтапно начиная с момента создания Комитета Конституционного надзора и заканчивая признанием конституционной юстиции в Основном законе. Итого ее становления является ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации»(5), определивший правовые основы для формирования и функционирования специализированного органа судебного конституционного контроля и провозгласивший таковым Конституционный Суд РФ, самостоятельно и независимо осуществляющий судебную власть посредством конституционного судопроизводства. Основными целями деятельности Суда являются защита основ конституционного строя, основных прав и свобод человека и гражданина, обеспечение верховенства и прямого действия Конституции РФ на всей ее территории.

В законодательстве содержатся следующие важнейшие функции Конституционного Суда РФ: 1) разрешение дел о соответствии Конституции РФ иных нормативно-правовых актов; 2) разрешение споров о компетенции между органами государственной власти; 3) проверка жалоб о нарушении конституционных прав и свобод граждан и запросов судов о конституционности закона, примененного или подлежащего применению в конкретном деле; 4) толкование Конституции РФ; 5) право законодательной инициативы по вопросам своего ведения; 6) участие в процедуре импичмента Президента РФ.

Данный закон в полной мере урегулировал процедурные вопросы конституционного судопроизводства. Значительное внимание в нем уделяется процессуальным вопросам деятельности Конституционного Суда, выделяются стадии производства, указаны сроки и формы контроля на различных этапах рассмотрения дел. Некоторые авторы усмотрели в этом даже некоторое сковывание деятельности Конституционного Суда(6). По мнению немецкого ученого А. Бланкенагеля, «такая регламентация является лишь средством делегитимации Суда, так как создает возможность для обвинения его в нарушении надлежащей процедуры»(7). Делая такой вывод, автор опирается на то, что конституционные решения часто приводят к сложным правовым последствиям, которые невозможно предвидеть в процессуальном законодательстве. В связи с этим Суд в подобных ситуациях должен действовать по своему усмотрению.

Правосудие отличается строгой регламентацией основных форм деятельности участников судебного процесса, в связи с чем оправдана жесткая законодательная регламентация процесса в обычных судах. Это, в свою очередь, обеспечивает возможность контроля вышестоящими судебными инстанциями решений судов первой инстанции. Однако своеобразие деятельности Конституционного Суда, характер рассматриваемых им дел, порой уникальных по своему предмету, окончательность принимаемых им решений, невозможность предвидения всех ситуаций, которые могут возникнуть в ходе конституционного судопроизводства, объективно предопределяют тот факт, что вопросы внутренней деятельности Конституционного Суда не должны жестко его связывать.

В настоящее время развернута дискуссия по предоставлению права Конституционному Суду рассматривать вопросы по собственной инициативе. Ранее ему такое право принадлежало. В действующем же законодательстве он этого права лишен, чем обеспечивается принцип объективности и беспристрастности в деятельности данного органа.


2. Полномочия Конституционного Суда РФ

2.1 Толкование Конституции Российской Федерации

Прежде, чем исследовать конкретные полномочия Конституционного Суда РФ, нужно отметить, что Конституционный Суд РФ относится к Европейской модели конституционного правосудия. Он не возглавляет инстанционную систему судов, но по процедуре формирования его относят к американской модели.

Далее, конституционный контроль в РФ абстрактный, т.е. перечисленные в Конституции государственные органы и высшие должностные лица(8) имеют право обратиться с запросом в Конституционный Суд без какого-либо предварительного обращения в другой суд и даже в некоторых случаях безотносительно к наличию конкретного спора или конфликта.

Толкование – это разъяснение смысла текста Конституции РФ, которое направленно на единое понимание и применения конституционных положений. Толкование Конституционного Суда РФ:

· направлено на единое понимание Конституции РФ;

· может приспосабливать норму к реальным условиям;

· может устранять неопределенность в понимании норм.

Толкование Конституционным Судом Конституции осуществляется при рассмотрении любых вопросов, относящихся к его компетенции. В этом случае толкование Конституции является правом Конституционного Суда.

Вместе с тем законом прямо закрепляется обязанность толкования Конституции в случае запроса компетентными должностными лицами или государственными органами.

В Российской Федерации полномочие по толкованию Конституции РФ реализуется по запросу Президента РФ, Совета Федерации, Государственной Думы, Правительства РФ, органов законодательной власти субъектов Федерации (ст. 105 Конституции РФ).

Таким образом, толкование Конституции, в первую очередь, ограничено кругом субъектов, имеющих право поставить вопрос относительно толкования.

Непосредственное толкование Конституционным Судом Российской Федерации конституционных норм по запросам строго определенного круга субъектов имеет высшую юридическую силу по отношению к любым правоприменительным актам. В отличие от иных видов толкования оно имеет преимущественное значение для правотворческой деятельности. И, наконец, конституционное толкование, несмотря на возможность его опровержения научной доктриной, не может быть проигнорировано ни в какой другой правовой деятельности.

Теоретической основой границ (пределов) интерпретации являются две доктрины: субъективная (статическая) и объективная (динамическая).
Каждая из них по-разному определяет пределы действия норм права. Статическая направлена на то, чтобы обосновать интерпретирование нормы в точном соответствии с 'буквой закона', и, соответственно, всецело поддерживает максимальную стабильность правовой нормы, а тем самым правовую безопасность, от неоправданно широкой трактовки. Это значит, что при интерпретации нормы раскрываются лишь основные постоянные ее элементы. Важнейшей является задача определить содержание и цели, которые ставились в момент принятия нормы, какова была воля законодателя. Интерпретатор не должен корректировать, изменять смысл закона под каким-либо предлогом. Другими словами, субъективная доктрина направлена на то, чтобы раскрыть неизменную волю законодателя, хотя одновременно возникает множество вопросов: как определить первичную волю законодателя, как она была определена и т.д.
Суть объективной (динамической) теории сводится к обоснованию адекватности нормы права существующей реальности в период действия закона. Очевидно, что общественная жизнь меняется гораздо быстрее воли законодателя, в связи с чем возникает несоответствие между нормой права и жизнью. Процедура подготовки и принятия четко обоснованных изменений в законодательстве очень сложна. Именно поэтому конфликт между законом и реальностями жизни будет настолько широк, насколько далеко ушло вперед развитие общества. Он может быть устранен двумя способами: либо принятием новой нормы, либо раскрытием содержания правовых норм таким образом, чтобы ликвидировать возникшую коллизию. В последнем случае, интерпретация обусловлена необходимостью соответствия правовой нормы требованиям жизни. При этом в последнем случае норма права определенным образом отрывается от воли ее создателя и начинает 'собственную жизнь'.

В Российской Федерации на сегодняшний день также сложились две концепции толкования конституционных норм. Сторонники первой настаивают на том, что толкование не вносит и не может вносить поправок и изменений в действующие нормы. Оно призвано лишь объяснять и уточнять то, что сформулировано в норме, раскрывать юридическую волю законодателя. Естественно, нормативное толкование не может осуществляться в отрыве от окружающей обстановки, но это вовсе не должно означать, что в процессе толкования под предлогом учета изменившихся условий, потребностей политического и экономического развития можно отходить от точного смысла правовых норм, вкладывать в норму то содержание, которое расходится со смыслом, вложенным в нее законодателем. В условиях становления правового государства, укрепления законности, нормативные акты изменяются и приспосабливаются к новым условиям не в процессе их толкования и применения, а в установленном порядке самим правотворческим органом.

Вместе с тем, следует согласиться с мнением Н. В. Витрука о том, что толкование отдельных положений Конституции РФ практически невозможно осуществить, не формулируя новых положений нормативного характера, имеющих юридическую силу, равную юридической силе самой Конституции(9).

При этом он отмечает, что в своей деятельности Конституционный Суд не подменяет законодателя. Однако он активно участвует в законодательном процессе, формирует позитивное конституционное право, способствует совершенствованию и развитию отраслевого законодательства.

Во-первых, Конституционный Суд обладает негативными полномочиями, отменяя законы и другие нормативные акты, либо их отдельные положения в силу их несоответствия Конституции РФ по содержанию, по форме и порядку принятия, опубликования или введения в действие. По этим же основаниям Конституционный Суд может дисквалифицировать международные и внутригосударственные договоры.

 Во-вторых, Конституционный Суд РФ в известной мере обладает позитивными законодательными полномочиями. Он активно содействует Федеральному Собранию, представительным органам субъектов Федерации в осуществлении их законодательных полномочий. Это выражается, прежде всего, в рекомендациях законодателю осуществить необходимое нормативно-правовое регулирование в соответствии с правовыми позициями Конституционного Суда РФ. В этих случаях его правовые позиции выступают материальными критериями нового правового регулирования, задают ему известные параметры, являются своеобразными моделями будущих правовых норм.

Как считает Н. В. Витрук, изменение правовой позиции возможно и допустимо в случаях дополнений и изменений действующей Конституции.
 Вместе с тем, в литературе высказывается и другая позиция. Так, в частности, Б. С. Эбзеев полагает, что изменение правовой позиции Конституционного Суда вполне допустимо. Однако при этом пределы собственного усмотрения Конституционного Суда ограничены тем, что изменение ранее выраженной позиции должно иметь в своей основе, как правило, не «озарение» судей, продиктованное сиюминутной политической или социально-экономической конъюнктурой или иными субъективными факторами, а быть обусловлено объективными процессами развития самого права и регулируемых им отношений.

С данной точкой зрения вряд ли можно согласиться. Постановления Конституционного Суда вступают в силу немедленно после их провозглашения и обжалованию или опротестованию не подлежат. И, соответственно, не могут быть пересмотрены никакими государственными органами, в том числе, самим Конституционным Судом.

Ю. Л. Шульженко отмечает наиважнейшую роль Конституционного Суда РФ по обеспечению сдерживания и противодействия властей, их сбалансированности в законодательной сфере, полагает, что именно Конституционный Суд РФ в наибольшей степени способен осуществлять такой род деятельности(10). По мнению В.О. Лучина необходимо было закрепить аутентичное толкование Конституции, таким толкованием могло стать Федеральное Собрание (поскольку Конституцию РФ принимал народ.) В.О. Лучин полагает, что лишение разработчиками Конституции РФ парламента такого права не было случайным и отвечало стратегической цели – не допустимости усиления представительной власти(11).

Свойством обязательности обладает все решение Конституционного Суда, а не только его резолютивная часть(12). Именно поэтому правовые позиции Конституционного Суда, высказанные и зафиксированные в мотивировочной части решения, не могут быть изменены им впоследствии. Это возможно лишь при внесении изменений и дополнений в текст Конституции.

Рассмотрим подробнее Постановление Конституционного Суда РФ от 11 июля 2000 г. N 12-П "По делу о толковании положений статей 91 и 92 (часть 2) Конституции Российской Федерации о досрочном прекращении полномочий Президента Российской Федерации в случае стойкой неспособности по состоянию здоровья осуществлять принадлежащие ему полномочия". Поводом к рассмотрению дела явился запрос Государственной Думы о толковании отдельных положений статей 91 и 92 (часть 2) Конституции Российской Федерации. Основанием к рассмотрению дела явилась обнаружившаяся неопределенность в понимании указанных конституционных положений в их взаимосвязи. В данном постановление Государственная Дума просит истолковать положения статьи 91 и 92 ч. 2 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи, поскольку, по ее мнению, неясно, препятствует ли установленная статьей 91 неприкосновенность Президента Российской Федерации возможности запрашивать и получать информацию о состоянии его здоровья в целях решения вопроса о наличии стойкой неспособности Президента Российской Федерации по состоянию здоровья осуществлять принадлежащие ему полномочия как одного из предусмотренных статьей 92 (часть 2) оснований досрочного прекращения исполнения полномочий Президента Российской Федерации; отменяет ли статья 91 действие в отношении Президента Российской Федерации положений Основ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан, касающихся процедуры определения временной нетрудоспособности и выдачи листка нетрудоспособности (статья 49), порядка установления степени утраты трудоспособности (статья 50); какова процедура прекращения исполнения полномочий Президента Российской Федерации досрочно в случае стойкой неспособности по состоянию здоровья осуществлять принадлежащие ему полномочия. В данном случае Конституционный Суд постановил, что содержание и назначение статьи 92 (часть 2) Конституции Российской Федерации, предусматривающей возможность прекращения исполнения полномочий Президента Российской Федерации досрочно в случае стойкой неспособности по состоянию здоровья осуществлять принадлежащие ему полномочия, не затрагиваются установлением в статье 91 Конституции Российской Федерации положения о неприкосновенности Президента Российской Федерации. Данное Конституционным Судом Российской Федерации толкование является официальным и общеобязательным.

Изложенное позволяет сделать два основных вывода:

1. толкование Конституции ограничено кругом субъектов, имеющих право ее официального толкования;

2. при толковании Конституции Конституционный Суд ограничен собственными правовыми позициями, сформулированными в ранее принятых решениях. Он не вправе изменять их по собственному усмотрению.

2.2 Проверка нормативных правовых актов на их соответствие Конституции РФ

В ст.125 Конституции и в ст.3 Федерального конституционного закона закреплены следующие полномочия Конституционного Суда РФ:

Проверка конституционности законов, нормативных актов и договоров, осуществляемая по 3-м видам запросов и жалоб:

- от органов государственной власти;

- от судов;

- от граждан.

Полномочия по рассмотрению запросов от органов государственной

власти, судов относится к контролю Конституционного Суда за соответствием Конституции иных правовых актов. В ст. 84 приведён чёткий перечень субъектов возбуждения дел в Конституционном Суде. Это Президент РФ, Совет Федерации, Государственная Дума, одна пятая членов Совета Федерации или депутатов Государственной Думы, Правительство, Верховный Суд, Высший Арбитражный Суд РФ, органы законодательной и исполнительной власти субъектов. Ст. 3 ч. 1 определяет объём конституционного контроля. С точки зрения соответствия Конституции Конституционный Суд проверяет акты федерального уровня: федеральные законы, нормативные акты Президента, Совета Федерации, Государственной Думы, Правительства РФ; акты субъектов федерации: конституции республик, уставы, законы и иные акты субъектов Федерации. Ч.2 ст.85 оговаривает, что проверка конституционности законов и иных нормативно-правовых актов субъектов Федерации допустима только по вопросам, относящимся к ведению органов государственной власти РФ и совместному ведению органов государственной власти РФ и органов государственной власти её субъектов. Далее, согласно ст.3 ч.1 п.п. “в” и “г” Конституционный Суд проверяет на соответствие Конституции внутригосударственные и внутрифедеративные договоры РФ и международные договоры РФ. Ч.1 ст.85 говорит о двух случаях допустимости запроса о проверке конституционности нормативных актов государственной власти, договоров между ними и отдельных положений этих договоров: во-первых, если заявитель считает их не подлежащими действию из-за неконституционности и, во-вторых, если заявитель считает эти акты подлежащими действию вопреки официально принятому решению федеральных государственных органов, высших органов государственной власти субъектов и их должностных лиц об отказе принять и исполнить эти акты по причине их несоответствия Конституции РФ. Ст. 86 определяет пределы проверки по данным вопросам. Конституция РФ имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории РФ, поэтому законы и иные правовые акты РФ не должны ей противоречить. Конституционный Суд обязан проверять конституционность нормативно-правового акта или государственно-правового договора, в том числе путем проверки того, на сколько установленные ими права и обязанности субъектов соответствуют требованиям Конституции, соблюдена ли установленная конституционная форма и выдержана ли процедура законодательного процесса. Если нормативный акт или договор не соответствует хотя бы одному пункту ч.1 ст.86, Конституционный Суд вправе признать его неконституционным.

Полномочия по рассмотрению дел о конституционности законов по жалобам на нарушения конституционных прав и свобод граждан. Глава 12 раздела третьего подробно регулирует этот вопрос, имеющий важное значение для реального обеспечения законных прав и свобод граждан. Согласно ст. 96 жалоба может быть индивидуальной и коллективной. Обращаться с жалобой имеют право граждане, чьи права и свободы нарушены законом, применяемым или подлежащим применению в конкретном деле. Ст. 97 определяет условия допустимости жалобы. Их два:

1. Если закон затрагивает конституционные права и свободы граждан;

2. Если закон применён или подлежит применению в конкретном деле, рассмотрение которого завершено или начато в суде или ином органе, применяющем закон.

При этом Конституционный Суд не устанавливает фактические обстоятельства, подтверждающие нарушение прав и свобод граждан, он проверяет конституционность закона и решает исключительно вопросы права. По Закону 1991 г. Конституционный Суд так же рассматривал индивидуальные жалобы граждан, которые считали, что их права и законные интересы нарушены или не защищены. Но гражданин, согласно ст. 66 Закона от 1991 г. мог обжаловать в Конституционный Суд лишь судебное решение, вынесенное в последней судебной инстанции, а не примененный закон. В ч. 2 ст. 66 была оговорка, что дела о конституционности правоприменительной практики рассматриваются в том случае, когда оспариваемое решение принималось в соответствии с обыкновением. А “решение считается принятым в соответствии с обыкновением, когда с точки зрения существующей правоприменительной практики обстоятельства дела, установленные в том виде, как они установлены этим решением, должны получать такую же юридическую оценку и влечь за собой такие же юридические последствия, какие были определены этим решением”. Также по Закону 1991 года правом на обращение с жалобой обладали и иностранцы. Настоящий закон об этом прямо не говорит, так как в отношении иностранцев действует предписание ч.3 ст.62 Конституции, согласно которому они пользуются в России правами наравне с ее гражданами. Гражданин, права которого нарушены, прежде чем обращаться в Конституционный Суд должен был пройти множество инстанций. Теперь эта процедура упрощена.

 Ст. 98 определяет последствия принятия жалобы к рассмотрению. Конституционный Суд уведомляет об этом суд или иной орган, рассматривающий данное дело, в котором применён или подлежит применению обжалуемый закон. При этом производство по делу может не прекращаться. Но суд или иной орган, рассматриваемый данное дело праве приостановить производство до решения Конституционного Суда. Ст. 100 определяет, что если Конституционный Суд признал закон, применённый в конкретном деле, не соответствующим Конституции, дело в любом случае должно быть пересмотрено компетентным органом в обычном порядке. Пределы проверки в данном случае аналогичны пределам проверки при установлении соответствия Конституции РФ нормативно-правовых актов органов государственной власти и договоров между ними. Отмечу ещё раз, что данное полномочие Конституционного Суда имеет огромное значение для каждого гражданина. Его эффективное претворение в жизнь является надежной гарантией обеспечения прав и свобод граждан. Граждане видят, что могут защитить свои права, нарушенные неконституционным законодательством.

Выше уже говорилось, что Конституционный Суд РФ осуществляет последующий, а не предварительный контроль за конституционностью законов, но по смыслу частей 2 и 4 ст. 125 Конституции видно, что это так называемый «смешанный контроль», т.е. Суд проверяет конституционность закона, примененного или подлежащего применению в конкретном деле. В п.3 Постановления Пленума Верховного суда содержится следующее указание: ''в случае неопределенности в вопросе о том, соответствует ли Конституции РФ примененный или подлежащий применению по конкретному делу закон, суд обращается в Конституционный Суд с запросом о конституционности этого закона''. Из этого следует, что при отсутствии такой неопределенности, т.е. сомнений в неконституционности закона, судья применяет Конституцию, не сообщая об этом в Конституционный Суд. Таким образом, норма права, которую судья посчитал неконституционной, продолжает действовать. Но суды общей юрисдикции не признают, что закон не соответствует Конституции, - это прерогатива Конституционного Суда РФ. В таком случае возникает вопрос: как узнать судьям Конституционного Суда о том, что противоречащий Конституции закон не применяется? Такой закон продолжает действовать, его применяют другие судьи, не обнаружившие противоречия между законом и Конституцией. Некоторые авторы видят опасность в том, что обращение в Конституционный Суд по поводу закона, противоречащего Конституции, подрывает принцип прямого действия Конституции. Но это не так. Судья напрямую применяет Конституцию, отвергая противоречащий ей закон. В его обязанность входит лишь сообщить об этом в Конституционный Суд с тем, чтобы этот закон официально был признан неконституционным, и чтобы его не применяли другие судьи.

Как отмечает В.Г.Стрекозов, в целях деполитизации Конституционный Суд решает исключительно вопросы права.(13) С ним соглашается Овсепян, но говорит, что ''было бы неискренним отрицать свойственность политического начала функционирования конституционного контроля''.(14) Автор говорит о том, что политика находится в сфере внимания Конституционного Суда лишь в той мере, объеме, части, которые совпадают с формальным правом, закрепляющим полномочия Суда с юрисдикционной формой его деятельности.

В процессе деполитизации она выделяет 2 стороны:

1) общая политизация судебного конституционного контроля в сравнении с обеими политическими ветвями власти, вместе взятыми. Это, как считает Овсепян, ''положительная и неизбежная политизация, если не нарушается специализация контроля в механизме разделения властей в качестве правовой ветви'';(15)

2) односторонняя – ориентация Конституционного Суда на ''сдерживание'' или ''поддержку'' какой-либо одной из политических ветвей власти. Эта политизация более опасна, так как создает угрозу дестабилизации власти. Иную точку зрения высказывает Б.А. Страшун: ''…суд – один из высших органов государственной власти независимо от того, как он определен в Конституции и законе, и поэтому одной из имманентных (неотъемлемых) функций конституционного правосудия является политическая''.(16)

 Следовательно, нужно найти ту золотую середину, которая определяет юридическую деятельность Конституционного Суда от его интеграции в текущую политику.

Рассмотрим подробнее постановление Конституцио

Подобные работы:

Актуально: