Ход первой мировой войны. Значение

Ми­ни­стер­ст­во об­ра­зо­ва­ния Рос­сий­ской Фе­де­ра­ции

Став­ро­поль­ский го­су­дар­ст­вен­ный уни­вер­си­тет

К А Ф Е Д Р А   И С Т О Р И И

КОН­ТРОЛЬ­НАЯ РА­БО­ТА

по дис­ци­п­ли­не:  Ис­то­рия ин­ду­ст­ри­аль­ных ци­ви­ли­за­ций

на те­му:  «Ход пер­вой ми­ро­вой вой­ны. Зна­че­ние».

                                      Вы­пол­нил: экс­терн

                                                      ПИ­НЯ­ГИН С.В.

                                      Про­ве­рил: до­цент

КРЮЧ­КОВ И.В.                                                   


Став­ро­поль – 2003

ПЛАН:


Вве­де­ние                                                                                                                       ___

Им­пе­риа­ли­сти­че­ский ха­рак­тер Пер­вой ми­ро­вой вой­ны                                         ___

Раз­вя­зы­ва­ние вой­ны                                                                                                  ___

Во­ен­ные дей­ст­вия в 1914 го­ду                                                                                   ___

Во­ен­ные дей­ст­вия в 1915 го­ду                                                                                   ___

Во­ен­ные дей­ст­вия в 1916 го­ду                                                                                   ___

1917 год. На­рас­та­ние ре­во­лю­ци­он­ной ак­тив­но­сти и "мир­ные"

ма­нёв­ры воюю­щих стран                                                                                            ___

Вы­ход Рос­сии из пер­вой ми­ро­вой вой­ны                                                                 ___

За­вер­ше­ние Пер­вой ми­ро­вой вой­ны                                                                         ___

Ре­зуль­та­ты Пер­вой ми­ро­вой вой­ны                                                                         ___

Спи­сок ис­поль­зуе­мой ли­те­ра­ту­ры                                                                                  ___                    

Вве­де­ние

В те­че­ние не­де­ли с мо­мен­та объявления 28 ию­ля 1914 г. Австро-Венгрией вой­ны Сер­бии в неё втя­ну­лись поч­ти все ве­ли­кие дер­жа­вы Ев­ро­пы. Сра­зу же по­сле на­ча­ла вой­ны по­спе­ши­ли зая­вить о сво­ём ней­тра­ли­те­те Бол­га­рия, Гре­ция, Ис­па­ния, Пор­ту­га­лия, Гол­лан­дия, Да­ния, Шве­ция, Нор­ве­гия, США, ряд государств Ла­тин­ской Аме­ри­ки и Азии, а так­же со­юз­ни­ки ав­ст­ро-гер­ман­ско­го б­ло­ка — Ита­лия и Ру­мы­ния. На­хо­див­шая­ся в фар­ва­те­ре гер­ман­ской по­ли­ти­ки Тур­ция так­же зая­ви­ла о ней­тра­ли­те­те, но уже 2 ав­гу­ста ту­рец­кое пра­ви­тель­ст­во за­клю­чи­ло сек­рет­ное со­гла­ше­ние с Гер­ма­ни­ей и при­сту­пи­ло к все­об­щей мо­би­ли­за­ции, фак­ти­че­ски пе­ре­дав в рас­по­ря­же­ние гер­ман­ско­го ге­не­раль­но­го шта­ба все воо­ру­жён­ные си­лы Тур­ции.

Об­ра­зо­вал­ся рус­ско-ту­рец­кий за­кав­каз­ский фронт, ко­то­рый от­влёк зна­чи­тель­ные си­лы рус­ских войск от борь­бы с Гер­ма­ни­ей. В то вре­мя ко­гда вни­ма­ние им­пе­риа­ли­стов западноевропейских го­су­дарств бы­ло при­ко­ва­но к те­ат­ру во­ен­ных дей­ст­вий в Ев­ро­пе.

Хищ­ни­че­ский япон­ский им­пе­риа­лизм предъявил уль­ти­ма­тум Гер­ма­нии, по­тре­бо­вав не­мед­лен­но­го от­во­да из даль­не­во­сточ­ных вод и Ти­хо­го океа­на всех гер­ман­ских воо­ру­жён­ных сил и пе­ре­да­чи Япо­нии «арен­до­ван­ной» Гер­ма­ни­ей тер­ри­то­рии Цзя­оч­жоу с пор­том и кре­по­стью Цин­дао. Гер­ма­ния от­кло­ни­ла уль­ти­ма­тум. 23 ав­гу­ста 1914 г. Япо­ния объявила вой­ну Гер­ма­нии. По­сле не­про­дол­жи­тель­ной оса­ды Цин­дао был за­хва­чен Япо­ни­ей, а за­тем ею бы­ли за­хва­че­ны Мар­шаль­ские, Ка­ро­лин­ские и Ма­ри­ан­ские ост­ро­ва в Океа­нии, при­над­ле­жав­шие Гер­ма­нии.

Так, на­чав­шая­ся им­пе­риа­ли­сти­че­ская вой­на в Ев­ро­пе, пе­ре­ки­нув­шись на Ближ­ний и Даль­ний Вос­ток, пре­вра­ти­лась в ми­ро­вую вой­ну.

Им­пе­риа­ли­сти­че­ский ха­рак­тер пер­вой ми­ро­вой вой­ны

Пер­вая ми­ро­вая вой­на воз­ник­ла в ре­зуль­та­те на­чав­ше­го­ся об­ще­го кри­зи­са ка­пи­та­ли­сти­че­ской сис­те­мы ми­ро­во­го хо­зяй­ст­ва и яви­лась след­ст­ви­ем не­рав­но­мер­но­го раз­ви­тия ка­пи­та­лиз­ма на ста­дии им­пе­риа­лиз­ма. Это бы­ла за­хват­ни­че­ская, не­спра­вед­ли­вая вой­на ме­ж­ду дву­мя круп­ны­ми им­пе­риа­ли­сти­че­ски­ми груп­пи­ров­ка­ми — ав­ст­ро-гер­ман­ским бло­ком и Антантой. Бо­язнь рос­та ре­во­лю­ци­он­но­го дви­же­ния по­бу­ди­ла им­пе­риа­ли­стов ус­ко­рить раз­вя­зы­ва­ние ми­ро­вой вой­ны.

В под­го­тов­ке пер­вой ми­ро­вой вой­ны по­вин­ны им­пе­риа­ли­сты всех стран. Од­на­ко глав­ным, ве­ду­щим им­пе­риа­ли­сти­че­ским про­ти­во­ре­чи­ем, ус­ко­рив­шим раз­вя­зы­ва­ние этой вой­ны, бы­ло анг­ло-гер­ман­ское про­ти­во­ре­чие.

Ка­ж­дая из им­пе­риа­ли­сти­че­ских дер­жав, всту­пая в ми­ро­вую вой­ну, пре­сле­до­ва­ла свои за­хват­ни­че­ские це­ли. Гер­ма­ния стре­ми­лась раз­гро­мить Анг­лию, ли­шить её мор­ско­го мо­гу­ще­ст­ва и пе­ре­де­лить фран­цуз­ские, бель­гий­ские и пор­ту­галь­ские ко­ло­нии и ут­вер­дить­ся в бо­га­тых ара­вий­ских про­вин­ци­ях Тур­ции, ос­ла­бить Рос­сию, от­торг­нуть у неё поль­ские гу­бер­нии, Ук­раи­ну и При­бал­ти­ку, ли­шив её ес­те­ст­вен­ных гра­ниц по Бал­тий­ско­му мо­рю.

Ав­ст­ро-Венг­рия рас­счи­ты­ва­ла за­хва­тить Сер­бию и Чер­но­го­рию ус­та­но­вить свою ге­ге­мо­нию на Бал­ка­нах, от­нять у Рос­сии часть поль­ских гу­бер­ний, По­до­лию и Во­лынь.

Тур­ция при под­держ­ке Гер­ма­нии пре­тен­до­ва­ла на тер­ри­то­рию рус­ско­го За­кав­ка­зья.

Анг­лия стре­ми­лась со­хра­нить своё мор­ское и ко­ло­ни­аль­ное мо­гу­ще­ст­во, раз­бить Гер­ма­нию как кон­ку­рен­та на ми­ро­вом рын­ке и пре­сечь её притязания на пе­ре­дел ко­ло­ний. Кро­ме то­го, Анг­лия рас­счи­ты­ва­ла на за­хват у Тур­ции бо­га­тых неф­тью Ме­со­по­та­мии и Па­ле­сти­ны, на за­хват ко­то­рых пи­та­ла на­де­ж­ду и Гер­ма­ния.

Фран­ция хо­те­ла вер­нуть Эль­зас и Ло­та­рин­гию, от­ня­тые у неё Гер­ма­ни­ей в 1871 г., и за­хва­тить Са­ар­ский бас­сейн.

Рос­сия всту­пи­ла в вой­ну с Гер­ма­ни­ей и Ав­ст­ро-Венг­ри­ей, до­би­ва­ясь сво­бод­но­го вы­хо­да чер­но­мор­ско­го фло­та че­рез Бос­фор и Дар­да­нел­лы в Сре­ди­зем­ное мо­ре, а так­же при­сое­ди­не­ния Га­ли­ции и нижнего те­че­ния Не­ма­на.

Дол­го ко­ле­бав­шая­ся ме­ж­ду Трой­ст­вен­ным сою­зом и Ан­тан­той Ита­лия в ко­неч­ном счё­те свя­за­ла свою судь­бу с Ан­тан­той и вое­ва­ла на её сто­ро­не из-за про­ник­но­ве­ния на Бал­кан­ский по­лу­ост­ров.

В те­че­ние трёх лет вой­ны Со­еди­нён­ные Шта­ты Аме­ри­ки за­ни­ма­ли ней­траль­ную по­зи­цию, на­жи­ва­ясь на во­ен­ных по­став­ках обе­им воюю­щим коа­ли­ци­ям, Ко­гда вой­на бы­ла уже на ис­хо­де и воюю­щие сто­ро­ны до пре­де­ла ис­то­щи­ли се­бя, США всту­пи­ли в вой­ну (ап­рель 1917г.), намереваясь про­дик­то­вать ос­лаб­лен­ным стра­нам ус­ло­вия ми­ра, обес­пе­чи­ваю­щие ми­ро­вое гос­под­ство аме­ри­кан­ско­го им­пе­риа­лиз­ма.

Толь­ко Сер­бия, явив­шая­ся объектом ав­ст­ро-гер­ман­ской аг­рес­сии, ве­ла спра­вед­ли­вую, ос­во­бо­ди­тель­ную вой­ну.

Раз­вя­зы­ва­ние вой­ны

Хо­тя глав­ны­ми пред­по­сыл­ка­ми вой­ны бы­ли эко­но­ми­че­ские про­ти­во­ре­чия сою­зов ве­ли­ких дер­жав, по­ли­ти­че­ские рас­хо­ж­де­ния и спо­ры ме­ж­ду ни­ми, кон­крет­ным по­во­дом к ней яви­лась дра­ма, по­ро­ж­дён­ная на­цио­наль­но-ос­во­бо­ди­тель­ным дви­же­ни­ем сла­вян про­тив австрийского вла­ды­че­ст­ва. Воз­ник­ший кон­фликт мож­но бы­ло бы уре­гу­ли­ро­вать мир­ным пу­тём, но Ав­ст­ро-Венг­рия счи­та­ла, что на­стал удоб­ный мо­мент, что­бы на­все­гда покончить с на­цио­наль­ным дви­же­ни­ем (в том чис­ле и тер­ро­ри­сти­че­ским), ба­зи­ро­вав­шим­ся на Сер­бию, а её мощ­ный по­кро­ви­тель и со­юз­ник Гер­ма­ния по­ла­га­ла, что в дан­ный мо­мент она луч­ше под­го­тов­ле­на к вой­не, чем Рос­сия и да­же её со­юз­ни­ки Фран­ция и Анг­лия. В от­но­ше­нии по­след­ней кай­зер пи­тал ил­лю­зии. что она ос­та­нет­ся ней­траль­ной. В ито­ге ев­ро­пей­ская вой­на, дав­но и мно­ги­ми ожи­дав­шая­ся, раз­ра­зи­лась не­ожи­дан­но и вы­зва­ла пер­вый в ис­то­рии во­ен­ный кон­фликт, раз­рос­ший­ся до ми­ро­во­го мас­шта­ба.

На ко­нец ию­ня 1914 г. Ав­ст­ро-Венг­рия на­зна­чи­ла про­ве­де­ние во­ен­ных ма­нёв­ров на гра­ни­це с Сер­би­ей. 28 ию­ня на от­кры­тие ма­нёв­ров до­жен был прие­хать на­след­ник пре­сто­ла эрц­гер­цог Франц-Фер­ди­нанд. Серб­ская на­цио­на­ли­сти­че­ская ор­га­ни­за­ция «На­род­на од­бра­на» по­ста­но­ви­ла со­вер­шить тер­ро­ри­сти­че­ский акт про­тив эрц­гер­цо­га. По­ку­ше­ние долж­ны бы­ли осу­ще­ст­вить два сер­ба: Гав­ри­ла Прин­цип, гим­на­зист, и ра­бо­чий Не­дель­ко Чаб­ри­но­вич. 28 ию­ня в цен­тре го­ро­да Са­рае­во Прин­цип убил из пис­то­ле­та эрц­гер­цо­га и его же­ну, ехав­ших в от­кры­той ма­ши­не, Са­ра­ев­ские вы­стре­лы по­ло­жи­ли на­ча­ло экс­трен­ной по­ли­ти­че­ской ак­тив­но­сти. Поч­ти ме­сяц готовили ав­ст­рий­ские вла­сти свою от­вет­ную ме­ру. И 23(10) ию­ля Ав­ст­ро-Венг­рия предъявила Сер­бии уль­ти­ма­тум, по­ста­вив срок в 48 ча­сов для пре­се­че­ния ан­ти­ав­стий­ской пропаганды и дея­тель­но­сти с тер­ри­то­рии стра­ны. Большинство пунк­тов уль­ти­ма­ту­ма бы­ли при­ем­ле­мы. Но два из них — до­пу­ще­ние ав­ст­рий­ских сле­до­ва­те­лей на тер­ри­то­рию стра­ны и вве­де­ние ог­ра­ни­чен­но­го кон­тин­ген­та войск — за­де­ва­ли су­ве­ре­ни­тет и на­цио­наль­ное дос­то­ин­ст­во ма­лень­ко­го сла­вян­ско­го го­су­дар­ст­ва.

О предъявлении уль­ти­ма­ту­ма и его при­мер­ном со­дер­жа­нии в Пе­тер­бур­ге уз­на­ли в тот же день от со­вет­ни­ка италь­ян­ско­го по­соль­ст­ва Мон­те­реа­ле. 24(11) ию­ля при­шла те­ле­грам­ма из Бел­гра­да, а ав­ст­ро-вен­гер­ский по­сол вру­чил текст но­ты официально.

Рос­сий­ский ми­нистр ино­стран­ных дел С. Д. Са­зо­нов, оз­на­ко­мив­шись с но­во­стя­ми из Бел­гра­да и Ве­ны, вос­клик: «Да это ев­ро­пей­ская вой­на!» Са­зо­нов по­зво­нил ца­рю, и тот по­сле док­ла­да о со­дер­жа­нии уль­ти­ма­ту­ма зая­вил:«Это воз­му­ти­тель­но!» — и при­ка­зал дер­жать его в кур­се дел. За зав­тра­ком у фран­цуз­ско­го по­сла в при­сут­ст­вии анг­лий­ско­го по­сла и ру­мын­ско­го по­слан­ни­ка Са­зо­нов про­сил всех при­нять план дей­ст­вий. В 3 ча­са дня 34(11) ию­ля со­стоя­лось за­се­да­ние со­ве­та ми­ни­ст­ров, на ко­то­ром, в ча­ст­но­сти, бы­ло при­ня­то ре­ше­ние про­сить со­вме­ст­но с дру­ги­ми дер­жа­ва­ми Ав­ст­ро-Венг­рию про­длить срок для от­ве­та Сер­бии, по­со­ве­то­вать Сер­бии не при­ни­мать боя с ав­ст­рий­ски­ми вой­ска­ми и об­ра­тить­ся к глав­ным ев­ро­пей­ским дер­жа­вам с прось­бой кол­лек­тив­но рас­су­дить воз­ник­ший спор. Од­но­вре­мен­но в прин­ци­пе бы­ло ре­ше­но о мо­би­ли­за­ции че­ты­рёх во­ен­ных ок­ру­гов и Бал­тий­ско­го и Чер­но­мор­ско­го фло­тов. Эта ме­ра пред­при­ни­ма­лась ис­клю­чи­тель­но как де­мон­ст­ра­ция си­лы про­тив Ав­ст­ро-Венг­рии, но ни­как не про­тив Гер­ма­нии. По­слам в Ве­не, Бер­ли­не, Па­ри­же, Лон­до­не и Ри­ме Са­зо­нов про­сил пред­ло­жить пра­ви­тель­ст­вам важ­ней­ших ев­ро­пей­ских го­су­дарств под­дер­жать пе­ред Ав­ст­ри­ей рос­сий­ское пред­ло­же­ние о про­дле­нии для Сер­бии сро­ка от­ве­та на ав­ст­рий­ский уль­ти­ма­тум. В тот же день, 24(11) ию­ля, го­су­дар­ст­вен­ный секретарь по ино­стран­ным де­лам Ве­ли­ко­бри­та­нии Э. Грей пред­ло­жил, что­бы Анг­лия со­вме­ст­но с Гер­ма­ни­ей, Ита­ли­ей и Фран­ци­ей пред­при­ня­ли пе­ре­го­во­ры в Ве­не и Пе­тер­бур­ге в поль­зу уме­рен­но­сти, ес­ли от­но­ше­ния ме­ж­ду Ав­ст­ри­ей и Рос­си­ей ста­нут уг­ро­жаю­щи­ми. Рос­сия и Ита­лия уже 24(11) ию­ля одоб­ри­ли это пред­ло­же­ние. Но со­бы­тия с ка­ж­дым днём при­ни­ма­ли мас­шта­бы, всё бо­лее не­со­из­ме­ри­мые с этими ди­пло­ма­ти­че­ски­ми ма­нёв­ра­ми. 25 (12) Рос­сия опуб­ли­ко­ва­ла пра­ви­тель­ст­вен­ное со­об­ще­ние о том, что она зор­ко сле­дит за раз­ви­ти­ем серб­ско-ав­стрий­ско­го столк­но­ве­ния и не мо­жет ос­тать­ся к не­му рав­но­душ­ной. Со­вет ми­ни­ст­ров пред­ло­жил вве­сти с 26(13) ию­ля на всей тер­ри­то­рии стра­ны «по­ло­же­ние о под­го­то­ви­тель­ном к вой­не пе­рио­де». В то же вре­мя Са­зо­нов всё ещё на­де­ял­ся на уме­ряю­щие дей­ст­вия или че­ты­рёх дер­жав или од­ной Анг­лии. 25(12) ию­ля Ав­ст­ро-Венг­рия зая­ви­ла, что от­ка­зы­ва­ет­ся про­лить срок для от­ве­та Сер­бии. По­след­няя же в сво­ём от­ве­те по со­ве­ту Рос­сии вы­ра­жа­ла го­тов­ность удов­ле­тво­рить австрийские тре­бо­ва­ния на 90 % (от­вер­гал­ся толь­ко въезд чи­нов­ни­ков и во­ен­ных но тер­ри­то­рию стра­ны). Сер­бия го­то­ва бы­ла так­же к пе­ре­да­че де­ла в Га­аг­ский ме­ж­ду­на­род­ный три­бу­нал или на рассмотрение ве­ли­ких дер­жав. В 18 ча­сов 30 ми­нут это­го дня ав­ст­рий­ский по­слан­ник в Бел­гра­де уве­до­мил пра­ви­тель­ст­во Сер­бии, что её от­вет на уль­ти­ма­тум яв­ля­ет­ся неудовлетворительным и он вме­сте со всем со­ста­вом мис­сии по­ки­да­ет Бел­град. Ещё до это­го в Сер­бии бы­ла объявлена мо­би­ли­за­ция, а пра­ви­тель­ст­во и ди­пло­ма­ти­че­ский кор­пус ве­че­ром по­ки­ну­ли сто­ли­цу и от­пра­ви­лись в го­род Ниш. Ут­ром 26(13) ию­ля кри­зис всту­пил в ещё бо­лее ост­рую фа­зу. В ут­рен­них те­ле­грам­мах ро­ссий­ско­го МИД в Рим, Па­риж и Ло­ндон ука­зы­ва­лось, что Рос­сия не мо­жет не прий­ти на по­мощь Сер­бии, и вы­ра­жа­лась на­де­ж­да, что­бы Ита­лия по­дей­ст­во­ва­ла на свою со­юз­ни­цу в уме­ряю­щем смыс­ле. В сво­их ди­пло­ма­ти­че­ских ша­гах Австро-Венгрия и Гер­ма­ния ут­вер­жда­ли, что Ав­ст­рия не ищет тер­ри­то­ри­аль­ных при­об­ре­те­ний в Сер­бии и не уг­ро­жа­ет её це­ло­ст­но­сти. Её — де глав­ная цель — обес­пе­чить соб­ст­вен­ное спо­кой­ст­вие и об­ще­ст­вен­ную безо­пас­ность. Анг­лия вы­сту­пи­ла с пред­ло­же­ни­ем со­звать кон­фе­рен­цию со­вме­ст­но с Фран­ци­ей, Гер­ма­ни­ей и Ита­ли­ей, что­бы вчетвером об­су­дить воз­мож­ные вы­хо­ды из по­ло­же­ния 27(14) ию­ля Рос­сия соглашалась на это, од­но­вре­мен­но бы­ли на­ча­ты пря­мые переговоры с ав­ст­рий­ским посланником в Пе­тер­бур­ге, Ве­че­ром то­го же дня в Па­ри­же от австрийского по­сла ста­ло из­вест­но, что на сле­дую­щий день Ав­ст­рия предпримет про­тив Сер­бии «энер­гич­ные дей­ст­вия», вклю­чая, воз­мож­но, и пе­ре­ход гра­ни­цы.

Ут­ром 28(15) июля на­де­ж­ды на пе­ре­го­во­ры ещё ос­та­ва­лись, но спус­тя не­сколь­ко ча­сов серб­ский по­слан­ник М. Спа­лай­ко­вич при­нёс Са­зо­но­ву те­ле­грам­му от сво­его ми­ни­ст­ра ино­стран­ных дел: «В пол­день ав­ст­ро-вен­гер­ское пра­ви­тель­ст­во пря­мой те­ле­грам­мой объявило вой­ну серб­ско­му пра­ви­тель­ст­ву». В Бер­лин бы­ло со­об­ще­но, что 29(16) ию­ля бу­дет объявлена мо­би­ли­за­ция че­ты­рёх во­ен­ных ок­ру­гов про­тив Ав­ст­рии (Одес­ско­го, Ки­ев­ско­го, Мо­с­ков­ско­го и Ка­зан­ско­го). При этом со­об­ща­лось для све­де­ния гер­ман­ско­го пра­ви­тель­ст­ва, что у Рос­сии нет ка­ких-ли­бо на­сту­па­тель­ных на­ме­ре­ний про­тив Гер­ма­нии. Дан­ное со­об­ще­ние бы­ло пе­ре­да­но так­же в Ве­ну, Па­риж и Лон­дон. Ни­ко­лай II от­пра­вил 28(15) ию­ля лич­ную те­ле­грам­му гер­ман­ско­му им­пе­ра­то­ру Виль­гель­му II. В ней он про­сил уме­рить Ав­ст­рию, объявившую «гнус­ную вой­ну» маленькой стра­не. « Пред­ви­жу, — весь­ма оп­ре­де­лён­но пи­сал царь, — что очень ско­ро, ус­ту­пая ока­зы­вае­мо­му на ме­ня дав­ле­нию, я бу­ду вы­ну­ж­ден при­нять край­ние ме­ры, ко­то­рые при­ве­дут к вой­не».

То­гда же фран­цуз­ский по­сол Мо­рис Па­лео­лог уве­до­мил Са­зо­но­ва, что в слу­чае не­об­хо­ди­мо­сти Фран­ция вы­пол­нит свои со­юз­ни­че­ские обя­за­тель­ст­ва по от­но­ше­нию к Рос­сии. В Анг­лии в тот день про­изо­шёл рез­кий по­во­рот в об­ще­ст­вен­ном мне­нии от нейтралитета к поддержке Сер­бии, Рос­сии и Фран­ции, про­тив Ав­ст­рии и Гер­ма­нии. Вы­сту­пая 28 ию­ля в па­ла­те об­щин, Грей зая­вил, что ес­ли по­пыт­ки со­звать кон­фе­рен­цию для разрешения кон­флик­та ока­жут­ся тщет­ны­ми, «по­сле­ду­ет бес­при­мер­ная вой­на с не под­даю­щи­ми­ся учёту ре­зуль­та­та­ми».

Виль­гельм II в от­вет­ной те­ле­грам­ме Ни­ко­лаю II от­во­дил в сто­ро­ну все уп­рё­ки по ад­ре­су Ав­ст­ро-Венг­рии и об­ви­нял Сер­бию в антиавстийской по­ли­ти­ке. Ав­ст­рия мо­би­ли­зо­ва­ла уже по­ло­ви­ну всей сво­ей ар­мии, а так­же часть фло­та. 29(16) ию­ля Ни­ко­лай II в но­вой те­ле­грам­ме Виль­гель­му пред­ла­гал пе­ре­дать ав­ст­ро-серб­ский кон­фликт на рас­смот­ре­ние Га­аг­ской кон­фе­рен­ции, что­бы пре­дот­вра­тить кро­во­про­ли­тие. Днём гер­ман­ский по­сол Пур­та­лес по­про­сил не­мед­лен­но­го приё­ма у Са­зо­но­ва для вру­че­ния ему за­яв­ле­ния Гер­ма­нии. В нём утверждалось, что, ес­ли Рос­сия не пре­кра­тит сво­их во­ен­ных при­го­тов­ле­ний, гер­ман­ское пра­ви­тель­ст­во объявит мо­би­ли­за­цию. Са­зо­нов ука­зал на то, что пер­вой мо­би­ли­за­цию 8 кор­пу­сов произвела Ав­ст­рия. По­сле при­ня­тия в Пе­тер­бур­ге со­об­ще­ния об австрийской бом­бар­ди­ров­ке Бел­гра­да царь раз­ре­шил Са­зо­но­ву про­вес­ти со­ве­ща­ние с выс­ши­ми во­ен­ны­ми чи­на­ми. Это со­ве­ща­ние вы­ска­за­лось за объявление все­об­щей мо­би­ли­за­ции, а не толь­ко по четырем ок­ру­гам. До­ло­жи­ли об этом царю, и тот со­гла­сил­ся. На­ча­лись энер­гич­ные дей­ст­вия по реа­ли­за­ции ре­ше­ния. Но в 23 ча­са 29(16) ию­ля 1914 г. во­ен­ный министр В. А. Су­хо­мли­нов сообщил Са­зо­но­ву о том, что Ни­ко­лай II от­ме­нил рас­по­ря­же­ние о все­об­щей мо­би­ли­за­ции.

Ут­ром 30(17) ию­ля Са­зо­нов, под­дер­жан­ный во­ен­ным ми­ни­ст­ром Су­хо­ли­но­вым и на­чаль­ни­ком Ге­не­раль­но­го шта­ба ге­не­ра­лом Н. Н. Януш­ке­ви­чем, пы­тал­ся убе­дить Ни­ко­лая II в не­об­хо­ди­мо­сти объявления об­щей мо­би­ли­за­ции. Ни­ко­лай от­ка­зы­вал­ся. На­до пря­мо при­знать, что царь не хо­тел вой­ны и вся­че­ски старался не до­пус­тить её на­ча­ла. В противоположность это­му выс­шие ди­пло­ма­ти­че­ские и во­ен­ные чи­ны бы­ли на­строе­ны в поль­зу во­ен­ных дей­ст­вий и ста­ра­лись ока­зать на Ни­ко­лая силь­ней­шее дав­ле­ние. В те­ле­грам­ме ут­ром 30(17) ав­гу­ста царь вновь убе­ж­дал «Вил­ли» ока­зать немедленно дав­ле­ние на Ав­ст­рию. Имен­но толь­ко про­тив Ав­ст­рии, ука­зы­вал им­пе­ра­тор, на­прав­ле­ны и мо­би­ли­за­ци­он­ные ме­ро­прия­тия Рос­сии. За­тем царь по­слал в Бер­лин лич­ное пись­мо кай­зе­ру с ге­не­ра­лом В. С. Та­ти­ще­вым, в ко­то­ром так­же про­сил о по­сред­ни­че­ст­ве в де­ле ми­ра. Са­зо­нов по­пы­тал­ся пе­ре­ло­мить эти на­строе­ния Ни­ко­лая II. Гер­ма­ния впол­не мог­ла бы об­ра­зу­мить Ав­ст­рию, ес­ли бы уже не ре­ши­лась на вой­ну, го­во­рил ми­нистр, по­это­му нуж­но встре­тить вой­ну во все­ору­жии. «По­это­му луч­ше, не опа­са­ясь вы­звать вой­ну на­ши­ми к ней при­го­тов­ле­ния­ми, тщательно оза­бо­тить­ся по­след­ни­ми, не­же­ли из стра­ха дать по­вод к вой­не, быть за­стиг­ну­тым ею врас­плох». Не­сколь­ко ча­сов царь со­про­тив­лял­ся и толь­ко к ве­че­ру ус­ту­пил и дал раз­ре­ше­ние при­сту­пить сра­зу к об­щей мо­би­ли­за­ции. Од­на­ко поч­ти су­тки бы­ли по­те­ря­ны. Пе­ре­да­вая разрешение ца­ря ге­не­ра­лу Януш­ке­ви­чу, Са­зо­нов ска­зал ему:«Те­перь вы мо­же­те сло­мать те­ле­фон!"

Гер­ман­ский по­сол, от­ра­жая ко­ле­ба­ния, ко­то­рые име­лись и на ав­ст­ро-гер­ман­ской сто­ро­не, по­се­тил Са­зо­но­ва и спро­си, удов­ле­тво­рит­ся ли Рос­сия обе­ща­ни­ем Ав­ст­рии не на­ру­шать це­ло­ст­ность Сер­бии. Са­зо­нов дал та­кой пись­мен­ный от­вет: «Ес­ли Ав­ст­рия, осоз­нав, что ав­ст­ро-серб­ский кон­фликт при­об­рел ев­ро­пей­ский ха­рак­тер, зая­вит о сво­ей го­тов­но­сти ис­клю­чить из сво­его уль­ти­ма­ту­ма пунк­ты, на­ру­шаю­щие су­ве­рен­ные пра­ва Сер­бии, Рос­сия обя­зу­ет­ся пре­кра­тить свои во­ен­ные приготовления».

Этот от­вет был жёст­че, чем по­зи­ция Анг­лии и Ита­лии, ко­то­рые пре­ду­смат­ри­ва­ли воз­мож­ность при­ня­тия дан­ных пунк­тов. Это об­стоя­тель­ст­во сви­де­тель­ст­ву­ет о том, что и рос­сий­ские руководители в это вре­мя ре­ши­лись на вой­ну. В те­ле­грамм­ных ком­мен­та­ри­ях по­слам Са­зо­нов заявил, что мо­би­ли­за­ци­он­ные ме­ры Рос­сии долж­ны про­хо­дить в об­ста­нов­ке глу­бо­кой тай­ны. Во из­бе­жа­ние ос­лож­не­ний с Гер­ма­ни­ей он пред­ла­гал не объв­лять все на­род­но о на­ча­ле мо­би­ли­за­ции. Но его ожидания не оп­рав­да­лись. Об­ра­до­ван­ные ге­не­ра­лы по­спе­ши­ли про­вес­ти мо­би­ли­за­цию с наи­боль­шим шу­мом. С ут­ра 31(18) июля в Пе­тер­бур­ге появились на­пе­ча­тан­ные на крас­ной бу­ма­ге объявления, при­зы­вав­шие к мо­би­ли­за­ции. Взволнованный гер­ман­ский по­сол пы­тал­ся до­бить­ся объяснений и ус­ту­пок от Са­зо­но­ва. Ни­ко­лай же в эти ча­сы от­пра­вил те­ле­грам­му Виль­гель­му II, в ко­то­рой бла­го­да­рил его за по­сред­ни­че­ст­во. «При­ос­та­но­вить мо­би­ли­за­цию уже тех­ни­че­ски не­воз­мож­но, пи­сал он, но Рос­сия да­ле­ка от то­го, что­бы же­лать вой­ны. По­ка длят­ся пе­ре­го­во­ры с Ав­ст­ри­ей по серб­ско­му во­про­су, Рос­сия не пред­при­мет вы­зы­ваю­щих дей­ст­вий».

Учи­ты­вая эти на­строе­ния им­пе­ра­то­ра, Са­зо­нов не­сколь­ко смяг­чил ус­ло­вия к Ав­ст­рии, из­ло­жен­ные им на­ка­ну­не, де­лая шаг в сто­ро­ну по­зи­ций Англии и Ита­лии в во­про­се о ба­зе для пе­ре­го­во­ров. Са­зо­нов счи­тал, что ка­кие-то шан­сы на ус­пех име­ют толь­ко ша­ги в Лон­до­не, Ни­ко­лай же тре­бо­вал продолжения и пря­мых пе­ре­го­во­ров с ав­ст­рий­ским по­слом. Но мир до­жи­вал уже свои по­след­ние ча­сы. В Бер­ли­не Ягов вы­звал фран­цуз­ско­го по­сла Ж. Кам­бо­на и зая­вил ему, что вви­ду об­щей мо­би­ли­за­ции рус­ской ар­мии Гер­ма­ния вво­дит по­ло­же­ние «кригс­ге­фар» (во­ен­ной опас­но­сти). Гер­ма­ния про­сит Рос­сию де­мо­би­ли­зо­вать­ся, ина­че она нач­нёт свою мо­би­ли­за­цию. Со­брав­ший­ся со­вет ми­ни­ст­ров Фран­ции под пред­се­да­тель­ст­вом пре­зи­ден­та республики Рай­мон­да Пу­ан­ка­ре ре­шил от­ве­тить на гер­ман­скую мо­би­ли­за­цию сво­ей. В 18 ча­сов 30 ми­нут 31(18) ию­ля гер­ман­ский по­сол в Па­ри­же явился к министру ино­стран­ных дел Ви­виа­ни и зая­вил, что вви­ду пол­ной мо­би­ли­за­ции рус­ской ар­мии и фло­та Гер­ма­ния вво­дит по­ло­же­ние «кригс­ге­фар». Рос­сии дан 12-ча­со­вой срок для от­ме­ны мо­би­ли­за­ции.

Ес­ли мо­би­ли­за­ция в Рос­сии не бу­дет пре­кра­ще­на, Гер­ма­ния обь­я­вит свою. В 12 ча­сов но­чи Пур­та­ле по­се­тил Са­зо­но­ва и пе­ре­дал ему по по­ру­че­нию сво­его пра­ви­тель­ст­ва за­яв­ле­ние о том, что ес­ли в 12 ча­сов дня Рос­сия не при­сту­пит к де­мо­би­ли­за­ции не толь­ко про­тив Гер­ма­нии, но и про­тив Ав­ст­рии, Гер­ман­ское пра­ви­тель­ст­во от­даст при­каз о мо­би­ли­за­ции.

На­ка­ну­не Ни­ко­лай II при­ни­мал гер­ман­ско­го по­сла. Он тщетно убеждал его, что мо­би­ли­за­ция не оз­на­ча­ет уг­ро­зы для Гер­ма­нии и тем бо­лее вра­ж­деб­ных по от­но­ше­нию к ней на­ме­ре­ний. Вви­ду ог­ром­ных размеров стра­ны мо­би­ли­за­цию за один час ос­та­но­вить не­воз­мож­но. Пур­та­лес не­мед­лен­но со­об­щил со­дер­жа­ние бе­се­ды в Бер­лин. Но там рас­це­ни­ли это как от­каз от гер­ман­ских ус­ло­вий. Телеграмма Пур­та­ле­са по­слу­жи­ла сиг­на­лом к при­ня­тию ре­ше­ния о вой­не. Так в хо­де пре­дос­тав­лен­но­го Рос­сии сро­ка для от­ме­ны мо­би­ли­за­ции гер­ман­ская сто­ро­на под­ме­ни­ла во­прос о на­ча­ле мо­би­ли­за­ции вопросом о пря­мом объявлении вой­ны.

Ни­ка­ко­го от­ве­та в 12 ча­сов дня не бы­ло да­но. Пур­та­лес не­сколь­ко раз до­би­вал­ся сви­да­ния с Са­зо­но­вым. На­ко­нец, в седь­мом ча­су ми­нистр ино­стран­ных дел при­был в зда­ние ми­ни­стер­ст­ва. Вско­ре гер­ман­ский по­сол уже вхо­дил в его ка­би­нет. В силь­ном вол­не­нии он спро­сил, со­глас­но ли рос­сий­ское пра­ви­тель­ст­во дать от­вет на вче­раш­нюю гер­ман­скую но­ту в бла­го­при­ят­ном то­не. Са­зо­нов от­ве­тил — нет. Но хо­тя объявленная мо­би­ли­за­ция не мо­жет быть от­ме­не­на, Рос­сия не от­ка­зы­ва­ет­ся про­дол­жать пе­ре­го­во­ры для по­ис­ков вы­хо­да из соз­дав­ше­го­ся по­ло­же­ния. Пур­та­лес вновь спро­сил, мо­жет ли Рос­сия дать Гер­ма­нии бла­го­при­ят­ный от­вет. Са­зо­нов вновь твёр­до от­ка­зал­ся. По­сле третье­го от­ка­за Пур­та­лес вы­нул из кар­ма­на но­ту гер­ман­ско­го по­соль­ст­ва, ко­то­рая со­дер­жа­ла объявление вой­ны. Там ука­зы­ва­лось, что мо­би­ли­за­ция в Рос­сии со­рва­ла по­сред­ни­че­ст­во, ко­то­рое вёл гер­ман­ский им­пе­ра­тор по прось­бе рос­сий­ско­го. Так как Рос­сия отказывается от­ме­нить эти ме­ры, гер­ман­ский им­пе­ра­тор, при­ни­мая вы­зов, от име­ни им­пе­рии за­яв­ля­ет, что счи­та­ет се­бя в со­стоя­нии вой­ны с Рос­си­ей. Так на­ча­лась вой­на.

1 ав­гу­ста Ита­лия объявила о сво­ём ней­тра­ли­те­те в на­чав­шем­ся кон­флик­те, по­сколь­ку он на­чал­ся из-за агрессивных дей­ст­вий Ав­ст­рии про­тив Сер­бии и не пред­став­ля­ет «ка­зус фё­де­рис» (слу­чай исполнения со­юз­ных обя­за­тельств) для Ита­лии. 2—3 ав­гу­ста Фран­ция зая­ви­ла о под­держ­ке Рос­сии, а Анг­лия о под­держ­ке Фран­ции. Вой­на ста­ла ев­ро­пей­ской, а вско­ре и ми­ро­вой. Пер­вым днём французской мо­би­ли­за­ции ста­ло 2 ав­гу­ста. Ве­че­ром 3 ав­гу­ста (21) ию­ля Гер­ма­ния объявила вой­ну Фран­ции. Гер­ман­ские вой­ска на­ру­ши­ли ней­тра­ли­тет Бель­гии и Люк­сем­бур­га. Бель­гия об­ра­ти­лась а Фран­ции, Анг­лии и России, как к дер­жа­вам-по­ру­чи­тель­ни­цам, с при­зы­вом к со­труд­ни­че­ст­ву в за­щи­те её тер­ри­то­рии. Ве­че­ром 4 ав­гу­ста слу­жа­щим гер­ман­ско­го по­соль­ст­ва в Лондоне бы­ли вру­че­ны паспорта с тре­бо­ва­ни­ем вы­ез­да, а анг­лий­ский флот получил при­каз от­крыть огонь. В ночь на 5 ав­гу­ста (23 ию­ля) тол­па «пат­рио­ти­че­ских ма­ни­фе­стан­тов» во­рва­лась в зда­ние гер­ман­ско­го по­соль­ст­ва на Иса­ки­ев­ской пло­ща­ди в Пе­тер­бур­ге. Она раз­гро­ми­ла внут­рен­ние по­ме­ще­ния по­соль­ст­ва и сбросила с фрон­то­на зда­ния ог­ром­ную брон­зо­вую кон­ную груп­пу. 5 ав­гу­ста ав­ст­рий­ское пра­ви­тель­ст­во в Ве­не по­тре­бо­ва­ло вы­ез­да рос­сий­ско­го по­сла, а 6 ав­гу­ста в Пе­тер­бур­ге ав­ст­рий­ский по­сол Са­па­ри зая­вил Са­зо­но­ву об объявлении вой­ны.

Во­ен­ные дей­ст­вия в 1914 го­ду

В ли­те­ра­ту­ре тра­ди­ци­он­но об­ви­ня­ют цар­ское пра­ви­тель­ст­во в пло­хой под­го­тов­ке рус­ской ар­мии и во­ен­ной про­мыш­лен­но­сти к пер­вой мировой вой­не. И дей­ст­ви­тель­но, в от­но­ше­нии ар­тил­ле­рии, осо­бен­но тя­жё­лой, рус­ская ар­мия ока­за­лась ху­же подготовленной, чем Гер­ма­ния, по на­сы­щен­но­сти ав­то­мо­би­ля­ми ху­же, чем Фран­ция, рус­ский флот ус­ту­пал гер­ман­ско­му. Име­ли ме­сто не­хват­ки снарядов, па­тро­нов, стрел­ко­во­го ору­жия, об­мун­ди­ро­ва­ния и сна­ря­же­ния. Но спра­вед­ли­во­сти ра­ди на­до ска­зать, что ни­кто из пла­ни­ров­щи­ков вой­ны ни в од­ном ге­не­раль­ном шта­бе лю­бой стра­ны не пред­по­ла­гал, что она про­длит­ся 4 го­да и 3 с по­ло­ви­ной ме­ся­ца. Ни од­на стра­на не име­ла ни воо­ру­же­ния, и сна­ря­же­ния, ни про­до­воль­ст­вия на та­кой ог­ром­ный срок. Ге­не­раль­ные шта­бы рас­счи­ты­ва­ли мак­си­мум на 3—4 ме­ся­ца, в худ­шем слу­чае на пол­го­да.

Со­об­раз­но это­му все сто­ро­ны стре­ми­лись к бы­ст­ро­му раз­вёр­ты­ва­нию наступательных дей­ст­вий. Гер­ман­цы рас­счи­ты­ва­ли на мол­ние­нос­ную кам­па­нию на За­пад­ном фрон­те с це­лью раз­гро­ма Фран­ции, а по­том на дей­ст­вия про­тив Ро­сии, воо­ру­жён­ные си­лы ко­то­рой долж­на бы­ла ско­вы­вать Ав­ст­рия. Рос­сия, как вид­но из док­лад­ной за­пис­ки вер­хов­но­го главнокомандующего рус­ской ар­мии вел. кн. Ни­ко­лая Ни­ко­лае­ви­ча (дя­дя Ни­ко­лая II), пред­по­ла­га­ла раз­вер­нуть на­сту­п­ле­ние на Бер­лин си­ла­ми Северо-Западного фрон­та (командующий Я. Г. Жи­лин­ский) и на­сту­п­ле­ние на Ве­ну си­ла­ми Юго-За­пад­но­го фрон­та (ко­ман­дую­щий Н. И. Ива­нов). Войск про­тив­ни­ка на Вос­точ­ном фрон­те бы­ло в это вре­мя срав­ни­тель­но ма­ло — 26 гер­ман­ских ди­ви­зий и 46 ав­ст­рий­ских. Фран­цуз­ские ар­мии не пла­ни­ро­ва­ли не­мед­лен­но­го на­сту­п­ле­ния и рас­счи­ты­ва­ли на эф­фект от на­сту­п­ле­ния рус­ских.

На­прав­ле­ние воз­мож­но­го не­мец­ко­го уда­ра бы­ло оп­ре­де­ле­но фран­цуз­ским во­ен­ным ко­ман­до­ва­ни­ем не­пра­виль­но. Гер­ма­ния при­дер­жи­ва­лась «пла­на Шлиф­фе­на», на­зван­но­го име­нем мно­го­лет­не­го ру­ко­во­ди­те­ля гер­ман­ско­го ге­не­раль­но­го шта­ба, умер­ше­го не­за­дол­го до вой­ны. Она рас­счи­ты­ва­ла че­рез сла­бо за­щи­щён­ные гра­ни­цы Люк­сем­бур­га и Бель­гии про­рвать­ся во Фран­цию и при­ну­дить её к ка­пи­ту­ля­ции ещё до то­го, как Рос­сия со­сре­до­то­чит свои вой­ска для уда­ра.

Мощ­ная груп­пи­ров­ка гер­ман­ских войск от­бро­си­ла бель­гий­скую ар­мию и втор­глась во Фран­цию. Фран­цу­зы и вы­са­див­ший­ся на се­вер­ном побережье Фран­ции анг­лий­ский кор­пус под на­по­ром пре­вос­хо­дя­щих сил вы­ну­ж­де­ны бы­ли отой­ти. Враг дви­нул­ся к Па­ри­жу.

Им­пе­ра­тор Виль­гельм, при­зы­вая к бес­по­щад­но­сти, обе­щал осе­нью по­кон­чить с Фран­ци­ей. Над Фран­ци­ей на­вис­ла смер­тель­ная опас­ность. Пра­ви­тель­ст­во вре­мен­но по­ки­ну­ло сто­ли­цу.

Для спа­се­ния со­юз­ни­ков русские ар­мии ус­ко­ри­ли под­го­тов­ку на­сту­п­ле­ния и на­ча­ли его при не­пол­ном раз­вёр­ты­ва­нии всех сво­их сил. Че­рез пол­то­ры не­де­ли по­сле объявления вой­ны 1-я и 2-я ар­мии под ко­ман­до­ва­ни­ем ге­не­ра­лов П. К. Рен­нкамп­фа и А. В. Сам­со­но­ва вторг­лись в пре­де­лы Вос­точ­ной Прус­сии и раз­гро­ми­ли в хо­де Гум­бин­нен-Голь­дан­ско­го сра­же­ния вой­ска про­тив­ни­ка. Од­но­вре­мен­но в рай­оне Вар­ша­вы и но­вой кре­по­сти Но­во­ге­ор­ги­евск со­сре­до­то­чи­ва­лись си­лы для глав­но­го стра­те­ги­че­ско­го уда­ра по Бер­ли­ну. То­гда же на­ча­лось на­сту­п­ле­ние 3-й и 8-й ар­мий Юго-За­пад­но­го фрон­та про­тив ав­ст­рий­цев. Оно раз­ви­ва­лось ус­пеш­но и при­ве­ло к за­ня­тию тер­ри­то­рии Га­ли­ции (21 ав­гу­ста был взят Львов). В то­же вре­мя ар­мии в Вос­точ­ной Прус­сии, не дос­тиг­нув со­гла­со­ван­но­сти в сво­их дей­ст­ви­ях, бы­ли раз­би­ты по час­тям про­тив­ни­ком. По­ра­же­ние в Вос­точ­ной Прус­сии в ав­гу­сте 1914 г. на всё вре­мя вой­ны ли­ши­ло рус­ские вой­ска в этом рай­оне ак­тив­но­сти. Они по­лу­ча­ли те­перь лишь оборонительные за­да­чи — за­щи­щать Мо­ск­ву и Пет­ро­град.

Ус­пеш­ное наступление в Га­ли­ции при­ве­ло к то­му, что ре­зер­вы для Юго-За­пад­но­го фрон­та на­чи­на­ют сни­мать да­же из-под Вар­ша­вы, рас­ста­ва­ясь с пла­на­ми на­сту­п­ле­ния на Бер­лин. Центр тя­же­сти опе­ра­ций рус­ской ар­мии в це­лом пе­ре­ме­ща­ет­ся на юг, про­тив Ав­ст­ро-Венг­рии. 12(25) сен­тяб­ря 1914 г. по при­ка­зу Став­ки наступление на Юго-За­пад­ном фрон­те бы­ло при­ос­та­нов­ле­но. За 33 дня рус­ские вой­ска про­дви­ну­лись на 280—300 км и вышли на ли­нию ре­ки Вис­ло­ка 80 км от Кра­ко­ва. Бы­ла оса­ж­де­на мощ­ная кре­пость Пе­ре­мышль. За­ня­та бы­ла значительная часть Бу­ко­ви­ны с глав­ным го­ро­дом Чер­нов­цы. Бое­вые по­те­ри австрийцев дос­тиг­ли 400 тыс. че­ло­век, из них 100 тыс. плен­ны­ми, бы­ло за­хва­че­но 400 ору­дий.

Га­ли­ций­ская на­сту­па­тель­ная опе­ра­ция яви­лась од­ной из са­мых бле­стя­щий по­бед рус­ской ар­мии за всю пер­вую ми­ро­вую вой­ну. В те­че­ние ок­тяб­ря — но­яб­ря на тер­ри­то­рии Поль­ши про­хо­ди­ли два круп­ней­ших сра­же­ния: Вар­шав­ско-Ива­но­год­ское и Лод­зин­ское.

В бо­ях с обе­их сто­рон уча­ст­во­ва­ло вре­ме­на­ми свы­ше 800 тыс. че­ло­век. Ни од­ной из сто­рон не уда­лось пол­но­стью ре­шить свои за­да­чи. Од­на­ко в це­лом дей­ст­вия рус­ских войск бы­ли бо­лее эф­фек­тив­ны­ми. Хо­тя на­сту­п­ле­ния на Бер­лин так и не по­лу­чи­лось, за­пад­ные со­юз­ни­ки, осо­бен­но Фран­ция, на­хо­див­шие­ся в тя­жё­лом по­ло­же­нии, по­лу­чи­ли пе­ре­дыш­ку.

Из-за отправки час­ти войск из Фран­ции на вос­ток у нем­цев не хва­ти­ло сил для на­ме­чав­ше­го­ся об­хо­да Па­ри­жа. Они вы­ну­ж­де­ны бы­ли со­кра­тить фронт сво­его на­сту­п­ле­ния и вы­шли к ре­ке Мар­не северо-восточнее Па­ри­жа, где на­толк­ну­лись на круп­ные анг­ло-фран­цуз­ские си­лы. В бит­ве на Мар­не в сен­тяб­ре 1914 го­да участвовало с обе­их сто­рон бо­лее 1.5 млн. че­ло­век. Фран­цуз­ские и анг­лий­ские вой­са пе­ре­шли в на­сту­п­ле­ние. 9 сен­тяб­ря на­ча­лось от­сту­п­ле­ние нем­цев по все­му фрон­ту. Они смог­ли ос­та­но­вить на­се­дав­ше­го про­тив­ни­ка лишь у ре­ки Эна. Пра­ви­тель­ст­во и ди­пло­ма­ти­че­ский кор­пус, спеш­но бе­жав­шие в Бор­до, смог­ли вер­нуть­ся в Па­риж.

К кон­цу 1914 го­да За­пад­ный фронт ста­би­ли­зи­ро­вал­ся от Се­вер­но­го мо­ря до Швей­цар­ской гра­ни­цы. Сол­да­ты за­ры­лись в око­пы. Ма­нёв­рен­ная вой­на пре­вра­ти­лась в по­зи­ци­он­ную.

В кон­це но­яб­ря 1914 го­да на со­ве­ща­нии ко­ман­дую­щих фрон­та­ми рус­ской ар­мии в Бре­сте бы­ло при­ня­то ре­ше­ние при­ос­та­но­вить на­сту­па­тель­ные дей­ст­вия, и вплоть до ян­ва­ря 1915 го­да на Вос­точ­ном фрон­те ус­та­но­ви­лось за­ти­шье.

Ге­рои­че­скую борь­бу ве­ли серб­ские вой­ска про­тив на­тис­ка ав­ст­ро-вен­гер­ской ар­мии, ко­то­рая осе­нью 1914 го­да два­ж­ды за­хва­ты­ва­ла Бел­град, но в де­каб­ре 1914 го­да сер­бы из­гна­ли ок­ку­пан­тов с всей территории Сер­бии и до осе­ни 1915 го­да ве­ли по­зи­ци­он­ную вой­ну с ав­ст­ро-вен­гер­ской ар­ми­ей.

Ту­рец­кие вой­ска, ин­ст­рук­ти­руе­мые гер­ман­ски­ми во­ен­ны­ми спе­циа­ли­ста­ми, пред­при­ня­ли осе­нью 1914 го­да на­сту­п­ле­ние на За­кав­каз­ском фрон­те. Од­на­ко рус­ские вой­ска от­ра­зи­ли это наступление и ус­пеш­но про­дви­ну­лись на Эр­зрум­ском, Алак­шерт­ском и Ван­ском на­прав­ле­ни­ях. В де­каб­ре 1914 го­да два кор­пу­са ту­рец­кой ар­мии под ко­ман­до­ва­ни­ем Эн­ве­ра-па­ши пред­при­ня­ли на­сту­п­ле­ние под Са­ра­ка­мы­шем. но и здесь один кор­пус рус­ская ар­мия вы­ну­ди­ла к ка­пи­ту­ля­ции, а вто­рой кор­пус был пол­но­стью унич­то­жен. В даль­ней­шем ту­рец­кие вой­ска не пы­та­лись продолжать ка­кие-ли­бо ак­тив­ные во­ен­ные опе­ра­ции.

Рус­ские вой­ска так­же из­гна­ли ту­рок из Иран­ско­го Азер­бай­джа­на: лишь не­ко­то­рые рай­оны За­пад­но­го Ира­на тур­ки удер­жи­ва­ли за со­бой.

К кон­цу 1914 го­да на всех фрон­тах ар­мии обе­их воюю­щих коа­ли­ций пе­ре­шли к за­тяж­ной по­зи­ци­он­ной вой­не. Вой­на на мо­рях и океа­нах за вто­рое по­лу­го­дие 1914 го­да по су­ще­ст­ву све­лась к вза­им­ной блокаде по­бе­ре­жий. Пер­вым мор­ским сра­же­ни­ем явил­ся на­бег 28 ав­гу­ста 1914 го­да анг­лий­ской эс­кад­ры ад­ми­ра­ла Бит­ти на гер­ман­ские су­да, сто­яв­шие в бух­те ост­ро­ва Гель­го­ланд. В ре­зуль­та­те это­го на­бе­га бы­ли по­то­п­ле­ны три гер­ман­ских крей­се­ра и один эс­ми­нец, у анг­ли­чан был по­вре­ж­дён лишь один крей­сер. За­тем про­изош­ли ещё два не­зна­чи­тель­ных сра­же­ния: 1 но­яб­ря 1914 го­да в Ко­ро­нель­ском бою у по­бе­ре­жья Чи­ли английская эс­кад­ра по­тер­пе­ла по­ра­же­ние от гер­ман­ских ко­раб­лей, по­те­ряв два крей­се­ра, а 8 де­каб­ря анг­лий­ская эс­кад­ра на­нес­ла по­ра­же­ние гер­ман­ским ко­раб­лям у Фолк­ленд­ских ост­ро­вов, пол­но­стью унич­то­жив эс­кад­ру ад­ми­ра­ла Шпее. Эти мор­ские сра­же­ния не из­ме­ни­ли со­от­но­ше­ния мор­ских сил: по-преж­не­му анг­лий­ский флот пре­вос­хо­дил ав­ст­ро-гер­ман­ский, ко­то­рый ук­ры­вал­ся в бух­тах ост­ро­ва Гель­го­ланд, в Ки­ле и Виль­гельмс­ха­фе­не. На о

Подобные работы:

Актуально: