Армия в меняющемся мире

АРМИИ В МЕНЯЮЩЕМСЯ МИРЕ

Завершающийся XX век оказался самым воинственным и кровавым: в его войнах и конфликтах погибло 140—150 миллионов человек, причем треть из них — граждане нашей страны.

На пороге нового века и тысячелетия перед человечеством открыва­ются два пути. Один — в сторону от войн и военных конфликтов к «мирной эпохе» через последовательную демилитаризацию, отказ от политики силы и самой силы в ее милитаристской форме. Другой — изведанный и прото­ренный — продолжать разработку и создание еще более убойного оружия, наращивать мощь армий, закладывать предпосылки новых, еще более страшных войн, способных погубить /человечество.

Увы, похоже, что политики увлекают мировое сообщество на второй путь, что не может не внушать тревоги за будущее.

Глобальные тенденции

Улучшение международных отношений, произошедшее в последнее де­сятилетие, привело к снижению опасности как ядерной, так и большой обычной войны, практическому исчезновению классических войн между го­сударствами, усилению миротворческой роли Совета Безопасности ООН, его военных структур. Действует тенденция сокращения количества ядер­ных и обычных вооружений, военных ассигнований. С 1987-го по 1997 год мировые военные расходы уменьшились с 1,36 триллиона до 800—850 мил­лиардов долларов при среднегодовом темпе снижения 7—8 процентов. Об­щая численность регулярных войск всех стран мира сократилась с 28,5 мил­лиона до примерно 24,5—25 миллионов, то есть на 3,5—4 миллиона чело­век (на 16—17 процентов).

Начинается всеобщая ликвидация химоружия. На очереди решение во­проса об уничтожении противопехотных мин. ООН учится пресекать по­пытки некоторых государств обзавестись оружием массового поражения.

Политика стала применять армии более осторожно, чаще использовать их коллективно, по мандату ООН, под флагом миротворческих акций. Разви­ваются связи между армиями, которые недавно считали друг друга врагами.

Однако милитаризация мира не только остается чрезмерно высокой, но, продолжая расширяться, выливается в новые направления и формы.

В военной сфере общества, включающей армии, разработку, совер­шенствование и производство вооружений, людские и материально-техни­ческие резервы, мобилизационные структуры, «военизацию» населения и т. п., все еще задействованы огромные массы наиболее здоровых и квали­фицированных людей.

Количество людей, связанных с военной сферой жизни общества

Основные элементы военной сферыВооруженные силыПодготовленные резервы и военнообязанныеЗанятые в военном производствеВсегоВ % к численности населения планеты
Число людской массы (млн.)24—25-900-55-1000-15—20

СЕРЕБРЯННИКОВ Владимир Васильевич — доктор философских наук, профессор, генерал-лей­тенант запаса.

Во второй половине XX века происходил беспрецедентный рост бое­вых возможностей и частоты применения армий, к 50 существовавшим ар­миям прибавилось еще около 1^0, из которых почти 25 — на постсоветском пространстве.

Почти в 30 странах, где идут гражданские войны или происходят воору­женные конфликты, имеется как минимум по две армии. Мощь вооружен­ных сил развитых государств за последние 50 лет выросла в десятки раз.

Рост количества, численности и боевой мощи армий в XX веке

Показатели Временные рубежи

эволюции _____________________________________________________________ мировой системы Начало XX века Канун Второй Конец XX века армий мировой войны

Количество армий в мире -30 -50 >200 Совокупная

численность (млн.) 7—8 15—17 24—25 Рост разрушительно- в3—4 раза в 10—15 раз в 20—25 раз истребительной силы по сравнению по сравнению по сравнению (без учета ядерного с концом XIX века с началом XX века со Второй мировой войной оружия)

Армии, имеющиеся практически во всех государствах (кроме Коста-Рики и Исландии), образуют единую систему, где они связаны генетически, функционально, эволюционно, и стимулируют рост или снижение боевой мощи друг друга. Понятие «система армий», которое широко использова­лось в конце XIX века по отношению к Европе, теперь обрело глобальные масштабы.

В эволюции глобальной системы армий преобладают опасные явления. Боевая мощь армий развитых государств, прежде всего великих держав (даже без учета ядерного оружия), многократно превышая оборонительные потреб­ности (кроме России), продолжает стремительно расти. Невиданными темпа­ми наращивается и без того решающее превосходство американской армии по сравнению с любой другой. На нее приходится почти треть мировых военных расходов. Укрепляются и расширяются союзы армий групп государств (осо­бенно НАТО). Происходит быстрое подтягивание по технической оснащенно­сти до уровня передовых армий вооруженных сил более ста развивающихся государств. Увеличивается многообразие форм «невоенного» применения ар­мий (для усиления дипломатии, давления, обеспечения безопасности торговли и т. д.), групповое использование военной силы под флагом миротворчества и в обход ООН в эгоистических интересах отдельных государств.

Боевые возможности армий многократно увеличиваются за счет внед­рения новых военных технологий и систем вооружения, усиления профес- ' сионализации, наращивания подготовленных резервов.

Россия и США объявляют ядерное оружие главным сдерживающим фактором вплоть до середины XXI века, и это оружие продолжает совер­шенствоваться. Десятки государств стремятся оснастить свои армии ракет­но-ядерными средствами.

Ускоренное внедрение в вооруженных силах высокоточного оружия повышает поражающий эффект войск в 8—15 раз. Совершенствование си­стем связи и АСУ, проведенное в армии США, эквивалентно включению в нее дополнительно 15—20 дивизий. Компьютеризация подразделений наде­ляет группу солдат в 3—4 человека огневой мощью пехотной роты. Появ­ляются компьютерные дивизии и корпуса. Повсюду энергично развиваются НИОКР, зреет новая революция в военном деле, способная породить воис­тину фантастические вооружения. Появляется стрелковое оружие со ско-рострельностью в сотни тысяч и миллионы выстрелов в минуту, пули которого пробивают любое современное пулезащитное снаряжение. Оно обес­печивается прицелами ночного видения. Создаются самолеты-«невидимки», корабли, танки, орудия XXI века. Разрабатываемое нелетальное (несмерто­носное) оружие способно вызывать массовые инфаркты, припадки эпилеп­сии, паралич нервной системы, животный страх и т. п. состояния, уродую­щие психику и здоровье людей. Лидируют в этом США и страны НАТО.

Торговля оружием, которая расширилась за 10 лет почти на 20 процен­тов и поглощает 32 миллиарда долларов в год, позволяет некоторым разви­вающимся странам, не располагавшим до второй половины XX века собст­венными армиями, сразу сделать их высокотехнологичными. Например, Са­удовская Аравия, имевшая полвека назад всего лишь воинские формирова-» ния отдельных племен почти исключительно со стрелковым оружием, сей­час создала одну из наиболее боеспособных армий в регионе. Она включает авиацию, флот, сухопутные войска, ПВО, ракетные части и т. п. Армия строится на профессиональной основе и проявила высокие качества во вре­мя войны в Персидском заливе. Мощными армиями располагают Египет, Сирия и многие другие арабские страны. Крупномасштабные проекты пе­реоснащения своих армий осуществляют Индонезия, Малайзия, Филиппи­ны, Эквадор и десятки других государств. Повсеместно идет «накачка воен­ных мускулов». В страны Южной и Юго-Восточной Азии, Ближнего Восто­ка, Азиатско-Тихоокеанского региона нарастает поток вооружений из США, Франции, ФРГ, Англии, России, ЮАР и др. В «третьем мире» гонка вооружений грозит перерасти все мыслимые границы. Там, где в начале ве­ка знали лишь копья и луки, теперь враждующие группировки применяют друг против друга ракетно-артиллерийские системы (Сомали, Либерия и др.). Насыщение оружием некогда свободных от него территорий способст­вует появлению новых очагов военных угроз, в том числе для государств — продавцов вооружений, распространению насилия и терроризма.

Многие развивающиеся страны налаживают собственное производство новейшего оружия. Уже сейчас 8 из них выпускают боевые самолеты, танки и другую военную технику. К 2000 году 15 стран будут производить ракеты. Возможно появление в XXI веке новых военных сверхдержав. Обозначают­ся новые регионы, способные по совокупности военной мощи тягаться в бу­дущем с европейским и другими регионами. На долю Восточно-Азиатского региона приходится сейчас 32 процента вооруженных сил всего мира: самой большой в мире является армия КНР (2,9 миллиона человек), а КНДР, Юж­ная Корея, Вьетнам, Тайвань, Таиланд и другие страны данного региона по численности армий входят в число 15 крупнейших военных держав планеты.

Ряд стран в последние 3—5 лет заметно увеличил военные расходы: Иран — на 42 процента, Пакистан — почти на 20, Индия —на 12 и т.д. Многие страны видят выражение национальной мощи в больших регуляр­ных армиях и современных системах оружия.

Росту боевых возможностей наступательности, способности к внезап­ным действиям и агрессивности армий способствует усиление их профессио­нализации, интенсификация боевого обучения и психологической обработки военнослужащих. Армия, состоящая из профессионалов, за плечами которых от четырех до десяти и более лет службы, обладает несравненно более высо­ким наступательным потенциалом и готовностью к внезапным действиям, чем армия, основанная на ежегодных призывах молодежи со сроком службы от 1 до 2 лет, в которых лишь 50 процентов солдат и сержантов подготовле­ны на начальном профессиональном уровне.

В штабах, научных центрах, военных академиях стран НАТО проигры­ваются сценарии будущих войн, в том числе большой (мировой) войны, при­чем в качестве возможного противника в них «участвует» и Россия. Приня­тые стратегические концепции и военные доктрины стран НАТО предусма­тривают возможность применения военной силы в любой точке планеты.

2. «Свободная мысль» № 2.

Способность армий ведущих государств к широкомасштабным дейст­виям и участию в больших войнах подкрепляется многомиллионными ре­зервистами, наличием подготовленных военнообязанных людей, которые могут в считанные часы и дни встать под ружье (около 800—900 миллионов человек). Без них регулярные вооруженные силы не способны вести боль­шие войны. И то, что в США, Канаде, европейских странах такие резервы наращиваются, говорит о многом.

Таким образом, основная масса армий объективно оказывается в про­тиворечии с потребностями и тенденциями мирового развития и намерена сохранять такой курс по меньшей мере до 2020—2030 годов. Особенно это касается регионов, где имеется мало доверия, но сохраняется много враж­дебности и претензий государств друг к другу. Внедрение новых военных технологий служит тому, чтобы истреблять значительно больше людей и производить большие разрушения, чем в прежних войнах.

Закладываются материальные основы будущих крупных войн, в том числе мировой. Численность армий при нынешних среднегодовых темпах сокращения на 1,5—1,6 процента составит к 2030 году 13—15 миллионов человек, то есть почти столько, сколько насчитывалось перед Первой ми­ровой войной. Поражающий же потенциал армий вследствие перехода пре­имущественно количественной гонки вооружений в качественную усилится в 40—50 раз. В огромной мере возрастает маневренность действий. Воен­ные доктрины многих государств исходят из возможности в будущем круп­ных войн, которые стали бы невозможны, если бы эволюция армий повер­нула в противоположную сторону.

Нередко полагают, что армии и оружие сами по себе не представляют угрозы, не являются причинами войн, которые происходят не от них, а от политических противоречий, ведущих к использованию оружия (см. Р. Ни­ксон. 1999 год. Победа без войны. — «2000 год: победа без войны или апо­калипсис». М., 1989, стр. 48). Утверждается, что гонка вооружений якобы не влияет на безопасность (см. Дж. Эберли. Изменение взглядов на приме­нение военной силы. — «Армия и общество». М., 1990, стр. 42—48).

Тем самым игнорируется воздействие армий и вооружений на подитику: они своей огромной мощью нередко сами подталкивают к их применению, пи­тают политический авантюризм, являются материальным основанием соответ­ствующих идей и военных решений. Усиление и угрожающее поведение одних армий зачастую вызывает аналогичные действия других. Военная сила всегда олицетворяла и обслуживала конфронтационность. Наличие сверхмощных ар­мий, готовых к широкомасштабным и внезапным наступательным действиям, сеет недоверие, усиливает возможность случайных войн и конфликтов.

Не удерживаются от соблазна использовать наличные сильные армии и страны «зрелой демократии», которая нередко объявляется решающим признаком миролюбия и неагрессивности. Вице-президент Академии воен­ных наук генерал В. Слипченко показал, что именно на западные демокра­тии приходится подавляющее большинство агрессивных войн в XX веке: бо­лее 95 процентов (см. В. И. Слипченко. Ядерное оружие — фактор сдержи­вания? — «Клуб «Реалисты»», 1997, № 30, стр. 29).

Количество агрессивных войн XX века, приходящихся на адерные государства

Ядерные государстваКоличество развязанных войнПроцентное распределение войн (%)
США3023

Великобритания Франция Израиль (принимается за ядерное государство) СССР

40 28 28 430 21 21 2.5
Китай71.5

Подобные работы:

Актуально: